Новые Префации и праздники для традиционной латинской Мессы

Сегодня Конгрегация вероучения, осуществляя полномочия, полученные в результате поглощения ею комиссии «Ecclesia Dei», издала два декрета, обновляющих Миссал экстраординарной формы. Это было сделано в соответствии с тем, о чём Папа Бенедикт XVI написал в своем письме к епископам мира относительно motu proprio «Summorum Pontificum»: «новые святые и некоторые из новых Префаций могут и должны быть внесены в старый Миссал».

Первый декрет говорит о новой группе из семи Префаций, которые теперь могут использоваться ad libitum. Четыре из них взяты из Миссала ординарной формы: это Префации об Ангелах, о св. Иоанне Крестителе, о мучениках и для Мессы бракосочетания. В записке Конгрегации, представляющей декрет, говорится, что «их центральный раздел, известный как „эмболизм“, фигурирует в древних литургических источниках. Для того, чтобы гарантировать согласованность с остальной частью Corpus Praefationum старого Миссала, в трех случаях были использованы стандартные формы заключения Префации в forma extraordinaria». Три других (Префации о всех святых и святых покровителях, о Пресвятом Таинстве и об освящении церкви) относятся к той группе, которая первоначально была обнародована в неогалликанских Миссалах (в частности, в Парижском) и позднее одобрена для использования с Римским Миссалом во Франции и Бельгии. «Отныне они могут использоваться везде, где совершается Месса в экстраординарной форме». (В декрете не упоминается неогалликанская Префация об Адвенте, которая обычно встречается в любом Миссале, включающем вышеперечисленные, и, вероятно, является одной из лучших среди них.)

Второй декрет, касающийся календаря святых, содержит следующие положения (мой перевод):

1. Праздничные Мессы в более широком смысле, как указано в Общих рубриках Римского Миссала (RGMR) в редакции 1960 года (пар. 302), могут отмечаться по уважительной причине (justa de causa) во все праздничные дни III класса, за исключением перечисленных ниже (п. 8), а также в вигилии святых III класса.
2. Кроме того, что касается пар. 302 RGMR, то Месса любому святому, канонизированному после 26 июля 1960 года, разрешена в день, на литургическое воспоминание этого святого установлено для Вселенской Церкови. Кроме того, совершение вотивных Месс тем же святым, в соответствии с пар. 311 RGMR, допускается в соответствии с другими рубриками, касающимися вотивных Месс.
3. Всякий раз, когда говорится о праздничной Мессе в более широком смысле, вся Служба Часов может (выделение мое) совершаться вместе с Мессой, как ординарная Служба Часов. [См., например, пар. 169 RGMR — прим. пер.]
4. Ординарное воспоминание праздника или вигилии, опущенное в соответствии с этими тремя положениями, всегда совершается вместе с другими воспоминаниями, которые происходят в соответствии с рубриками. [См. пар. 111 RGMR — прим. пер.] (Примером тому может служить св. Максимилиан Кольбе, чей праздник приходится на 14 августа — вигилию Взятия в небесную славу Пресвятой Девы Марии. Данный пункт означает, что если совершается Месса ему, то вигилия не должна быть из-за этого опущена.)
5. При выборе формуляра Мессы и Службы Часов в соответствии с этими положениями, если такового формуляра нет в разделе «Для определенных мест» в Миссале 1962 года или в новом разделе, утвержденном Святым Престолом, (указанный формуляр) берется из общего последования Миссала или Бревиария. Всякий раз, когда в упомянутом общем последовании имеется несколько формул, выбор остается за священником. (…)
6. Кроме того, обычное поминовение какого-либо святого или тайны может быть совершено по воле священника в тот день, в который оно указано в проприи святых для определенных мест или в новом разделе, как в Мессе, так и в Службе Часов, в литургические дни III и IV класса. (Опять же, в качестве примера, теперь можно было бы добавить воспоминание св. Максимилиана Кольбе к Мессе вигилии Взятия в небесную славу Пресвятой Девы Марии.)
7. В домах институтов монашествующих или обществ апостольской жизни обязанность настоятеля дома, а не священнослужителя, состоит в том, чтобы определить способ осуществления этих положений на практике в монастырской Мессе и в хоровом или общинном совершении Службы Часов.
8. Праздничные дни III класса, которые не могут быть отменены [иным праздником — прим. пер.] или опущены при имплементации этих положений (т. е. на которые не может быть «спущен» новый святой), перечислены в следующей таблице. Эти праздники также могут отмечаться в feriæ III класса Великого поста и Страстное время [Passiontide, т.е. последние две недели Великого Поста — прим. пер.], с воспоминанием feria согласно рубрикам.

(Примечание редактора: Это положение исправляет одну из худших ошибок Миссала 1960 года, в результате которой ряд святых, чьи праздники всегда или почти всегда приходятся на Великий пост, были фактически исключены из общего календаря, в том числе Фома Аквинский, Папа Григорий Великий, Бенедикт, Архангел Гавриил и Папа Лев Великий. Полный список приведен ниже.)

Конгрегация вероучения также опубликовала представляющую декрет записку.

«В частности, декрет расширяет сферу применения missæ festivæ latiore sensu, упомянутого в пар. 302(c) Rubricæ Generales Missalis Romani (что до сих пор применялась только к дням IV класса), к ряду праздников III класса и к вигилиям III класса (ср. Декрет, пар. 1). Из этого становится ясно, что новые положения никоим образом не повлияют на другие литургические дни, и в частности на литургические дни I или II классов. (выделение мое) Кроме того, в Декрете указывается, что missæ festivæ latiore sensu может совершаться в честь святых, канонизированных после 26 июля 1960 года (что является датой последних изменений в Мартирологе экстраординарной формы), в их соответствующие литургические дни (пар. 2).

Учитывая этот принцип, другие положения Декрета дают необходимые указания, вытекающие из него, такие как применимость к Службе Часов, которая в таком случае должна совершаться в полном объеме в честь святого (пар. 3), требование совершать поминовение потенциально происходящих праздников III класса, в зависимости от обстоятельств (пар. 4), и правила, касающиеся выбора литургических текстов для использования (пар. 5). Что касается этого конкретного пункта, то следует отметить три последовательных источника, из которых должны быть взяты тексты, а именно, во-первых, Proprium Sanctorum pro aliquibus locis, который уже существует в Миссале экстраординарной формы, во-вторых, специальное дополнение, которое будет опубликовано Святым Престолом в будущем, и, наконец, если два предыдущих источника отсутствуют, существующее Commune Sanctorum.

Следует отметить, что празднование недавно канонизированных святых в соответствии с новыми положениями является просто опцией, и поэтому оно остается факультативным. (выделение мое) Соответственно, те, кто желает продолжать праздновать святых в соответствии с существующим календарем forma extraordinaria, как он фигурирует в богослужебных книгах, имею полную свободу это делать. В связи с этим следует напомнить, что существование факультативных праздников в честь святых не является полной новинкой для Римского обряда, учитывая, что на протяжении всего пост-тридентского периода и вплоть до реформы рубрик, проведенной Папой св. Пием X, календарь включал не менее двадцати пяти таких так называемых праздников, отмечаемых ad libitum.

Новый декрет также открывает дополнительные возможности для случаев, когда, следуя существующему календарю, человек желает в то же время почтить других встречающихся святых. В частности, согласно пар. 6 Декрета, может быть совершено ad libitum поминовение выпадающего дня святого, если этот святой фигурирует в Proprium pro aliquibus locis или в будущем специальном дополнении.

При выборе того, использовать или не использовать положения Декрета в литургических празднествах в честь святых, священнослужитель должен применять пастырский здравый смысл. Что касается особого случая совершения литургии в институтах монашествующих и обществах апостольской жизни, то в пар. 7 Декрета содержатся некоторые полезные разъяснения.

Декрет завершается (пар. 8) ссылкой на список из семидесяти праздников III класса, которые никогда не могут быть отменены его положениями. Этот список, который приводится в качестве приложения, отражает особое значение рассматриваемых праздников на основе точных критериев, например, значение этих святых в плане спасения или в истории Церкви, их значение с точки зрения либо благочестия, которое они продемонстрировали, либо их трудов, либо древности их почитания в Риме».

Грегори ДиПиппо, первая публикация (на англ. яз.): New Liturgical Movement

[Перевод: Иван Фадеев]

Почему в конце Поста мы закрываем распятия?

Придя сегодня в храм, многие верные могли с удивлением заметить, что распятие на алтаре, а кое-где — и другие священные изображения, укрыты фиолетовой тканью. Это значит, что наступило пятое воскресенье Великого Поста, в традиционном Римском обряде называющееся также Первым воскресеньем о Страстях Господних (Dominica I Passionis). За ним последует Второе воскресенье о Страстях Господних, или Пальмовое (Вербное) – Dominica II Passionis, seu in palmis, а весь этот период литургического года называется Страстны́м временем – Tempus Passionis. Почему же именно в эти дни, ведущие нас к переживанию страданий и крестной смерти Спасителя, мы лишены созерцания образа Его распятия?

О. Эдвард Макнамара, профессор литургики Папского университета «Regina Apostolorum», вспоминает в этой связи существовавший в Германии в IX в. обычай в начале Великого Поста растягивать в храме большое полотнище, называвшееся «Hungertuch» («Голодный плат») и полностью скрывавшее алтарь от прихожан в течение всех дней Поста вплоть до чтения Страстей Господних от Луки в среду Страстной недели и произнесения слов: «завеса в храме раздралась по средине» (Лк. 23:45) – при этих словах ткань убирали.

Алтарь в часовне крипты
кафедрального собора
Непорочного Зачатия (Москва)
с закрытым распятием.
Великий Пост 2011 г. 

Эта практика, в свою очередь, может быть связана с еще более древним обрядом изгнания из церкви совершающих публичное покаяние (как и чин их принятия обратно в литургическую общину, этот ритуал по сей день существует в Римском Понтификале так называемой экстраординарной формы). Со временем он вышел из повсеместного употребления, и теперь уже весь приход во главе со священником символически вступал в Пепельную среду в число кающихся; не допускать к публичному богослужению всех его потенциальных участников невозможно, поэтому алтарь – Святая Святых – стали скрывать от взора тех, кто лишь в пасхальные дни должен будет примириться с Богом.

Со временем закрывать стали только распятия, а по аналогии с ними – и все другие священные изображения в храме (хотя витражи и стояния Крестного Пути никогда не закрывают); с XVII в. делать это положено лишь в последние две недели Поста – то самое Страстно́е время, которое сейчас и наступает, а если точнее – вечером в субботу, перед первой вечерней Первого воскресенья о Страстях Господних. Открывают крест теперь в Великую (Страстную) Пятницу в ходе обряда его почитания, а прочие изображения – незадолго до Мессы навечерия Пасхи или уже во время ее, при пении «Gloria in excelsis».

Великий литургист XIX века аббат Проспер Геранже OSB указывает на мистический и духовный смысл укрывания образов. Мистический, по его словам, восходит к заключительным словам читаемого в Первое Страстное воскресенье евангельского отрывка (Ин. 8:46-59): засвидетельствовав о Себе как о Сыне Божием и вызвав тем самым гнев фарисеев, хотевших побить Его камнями, Иисус «скрылся и вышел из храма, пройдя посреди них, и пошел далее». Подобным образом теперь Он скрывается от мира, готовясь свершить тайну Своих страданий. «Предчувствие этого страшного часа, – пишет дом Геранже, – побуждает мучимую им Мать (Церковь) скрывать изображение своего Иисуса; крест укрывается от очей верных. Закрываются также и статуи святых, ибо не справедливо ли, чтобы, раз должна быть затмнена слава Учителя, то и ученик не появлялся бы на свет».

Духовное же толкование указывает нам на то, что если в торжества Обретения и Воздвижения Честного Креста Господня мы почитаем его как трофей Христовой победы, то в дни Страстного времени он – лишь символ претерпеваемых Христом страданий и унижения. «Столь велики были муки Спасителя во время Страстей Его, что Его Божественная природа была почти что полностью затмнена. Но и человеческая Его природа подверглась затмению до такой степени, что Он мог сказать через пророка Своего: «Я же червь, а не человек» (Пс. 21:7). Лицо Его и всё тело были настолько обезображены ударами, что нашего Иисуса едва можно было узнать! Раны сокрыли и Божество Его, и человечество. Потому в эти последние дни Поста мы укрываем распятия, скрывая нашего Спасителя под скорбным пурпуром», – пишет дом Геранже.

Во второй половине XX века были попытки отказаться от укрывания распятий и прочих священных образов, однако в отличие от многих других благочестивых обычаев этот обряд пережил рвение реформаторов.

Воскресенье начинается в субботу

Q.: А куда делось воскресенье? Если сегодня с утра уже служили Мессу сочельника, то что же стало с IV воскресеньем адвента?

R.: Все четыре воскресенья адвента относятся к воскресеньям I класса и, следовательно, при совпадении с другими праздниками имеют над ними преимущество. Однако Общие рубрики миссала 1962 года (Rubricae generales, 30, (a)) делают оговорку касательно сочельника, или, правильно, вигилии Рождества: «vigilia Nativitatis Domini quae, in occurrentia, locum tenet dominicae IV Adventus, de qua, proinde, nulla fit commemoratio» («вигилия Рождества Господня... в случае совпадения занимает место IV воскресенья адвента, которое, следовательно, не воспоминается»). Но литургический день — это не только Месса. Любая вигилия, согласно тем же Рубрикам (34), начинается со службы часа matitinum (утрени, совершаемой по обычаю в предрассветную пору); в то же время любое воскресенье, как и другие важнейшие праздники, начинается с часа vesperae (вечерни), совершаемого перед закатом накануне — так называемой «первой вечерни», в отличие от «второй вечерни», которая служится уже вечером в сам праздничный день. Таким образом, вечером 23 декабря в этом году надлежало совершить «первую вечерню» воскресенья, затем — заключительный час дня, completorium (причем с псалмами не наступающего воскресенья, а завершающейся субботы) и отойти ко сну, после чего восстать к утрене — и это была уже утреня вигилии Рождества.

Итак, IV воскресенье адвента в 2018 году от Р. Х. всё же было, просто оно было очень коротким и всё целиком пришлось на субботу.

Почему субдиакон закрывает лицо

Первая публикация (на английском языке): блог Liturgy Guy

С выходом motu proprio Папы Бенедикта XVI «Summorum Pontificum» в Церкви растет число священников, совершающих традиционную латинскую Мессу или, как ее теперь называют, Мессу экстраординарной формы Римского обряда. Целое поколение верующих – рукоположенных и мирян – открывает для себя священную красоту нашего литургического наследия. И хотя для многих католиков участие в богослужениях согласно экстраординарной форме предполагает в основном «будничную» литургию, все больше верных знакомится с церемониальным великолепием Торжественной Мессы. Один из аспектов этой Мессы, сразу же отличающих ее от знакомой большинству ординарной формы, это роль субдиакона в литургии.

Традиционный священнический орден Институт Христа-Царя так объясняет литургические функции субдиакона:

«Обязанности субдиакона при Торжественной Мессе включают в себя следующее: он пропевает Послание, держит книгу, по которой диакон пропевает Евангелие, а также помогает диакону прислуживать священнику у алтаря. Во время оффертория судиакон, облаченный в гумерал (наплечный плат), приносит на алтарь чашу. Гумерал также остается на нем в течение основной части Торжественной Мессы от оффертория до молитвы «Отче наш».

Эта древняя литургическая практика, исполненная вневременной тайны, и привлекает наше внимание. Cубдиакон держит перед глазами обернутую в гумерал патену, тем самым заслоняя себе обзор алтаря. Эта практика, уходящая корнями на много столетий лет назад, понимается в различных символических смыслах.

Фото: John Cosmas

В наши дни некоторые (см. здесь и здесь) толкуют это действие как символизирующее «херувимов, в книге Иезекииля закрывающих свои лица в Присутствии Божием, [см. Иез. 1:11, ср. тж. Иса. 6:2. – прим. пер.], что вновь напоминает о тайне Божества, сокрытого под та́инственными покровами хлеба и вина».

Дополнительные интерпретации можно найти в американском католическом журнале конца XIX века «Donahoe’s Magazine». Как объясняется в статье, датированной 1895 годом, –

«Сокрытие патены [гумералом] указует на многое, как то: на апостолов, прячущихся во время Страстей Господних, на сокрытие божества нашего Господа под покровом Его человеческой природы, в особенности – во время Страстей, на слепоту иудеев, не принявших Его как Обетованного и не желавших видеть Его, даже представшего пред их очами».

В завершение автор замечает, что богато символизмом и последующее раскрывание патены:

«При словах «прости нам долги наши» субдиакон раскрывает патену и убирает ее от глаз, чтобы видеть алтарь. Сие есть образ ви́дения, которое обретут иудеи в конце времен, когда узрят истину, Господа нашего Иисуса Христа, и уверуют в Него».

Как видим, у нас нет недостатка в толкованиях этой древней практики в рамках традиционной Мессы. Порой вовсе не важно, какое именно понимание того или иного ритуала ближе всего к исходному намерению тех, кто его когда-то ввел; скорее нужно просто радоваться, принимая то, чему Святая Мать Церковь приписывала ценность и смысл на протяжении несказанного числа веков. Подумайте об этом, когда в следующий раз вам будет дана благодать участвовать в Торжественной Святой Мессе.

Преподание Св. Таин вне Мессы

Весьма похвально, когда верные причащаются Св. Таин во время Св. Мессы (PIUS XII: Mediator Dei). Однако здравый смысл указывает, что нередко бывает необходимость причастить вне Мессы – скажем, до или после нее – тех, кто по какой-либо причине не может на ней присутствовать, тем самым дав и им возможность приобщиться к Трапезе Жизни Вечной. При этом верующие участвуют в Жертве так же действительно и истинно.

Для преподания Причастия вне Св. Мессы священник должен сперва омыть руки и надеть стихарь и епитрахиль. Цвет епитрахили всегда может быть белым, но можно также использовать и литургический цвет дня; исключение составляет день поминовения всех усопших, когда вместо чёрного употребляется фиолетовый цвет (R.R.: V, С. II ad 1; S.R.C. 2740, XII; 4289, II).

Священник, сложив руки перед грудью или же неся бурсу со вложенным в нее илитоном (R.R.: V, C. II, AD 1), подходит, следуя за клириком или прислужником, к алтарю.

Подойдя к алтарю, священник снимает биретту, отдает её прислужнику и вместе с ним преклоняет правое колено in plano. Затем священник восходит к алтарю, расстилает илитон, открывает дарохранительницу, преклоняет колено, вынимает киворий и помещает его на илитоне. В это время коленопреклоненный на стороне Послания прислужник, взяв патену, читает Confiteor от лица народа. Если нет прислужника или если тот не знает Confiteor, прочесть его должен сам священник, стоящий по центру алтаря, но склонившийся в низком поклоне; слова «tibi Pater» и «te Pater» при этом не опускаются (R.R.: V, C. II AD 1; S.R.C. 3488, III; см. No 239 j).

Когда Confiteor прочитан, священник снимает покровец и крышку с кивория, причем покровец следует положить за пределами илитона, а крышку – на илитон. Затем священник преклоняет колено, а встав, поворачивается к народу и произносит Misereatur и Indidgentiam. Стоять при этом нужно, чуть сдвинувшись к стороне Евангелия, дабы не поворачиваться спиной к Св. Таинам; однако священник должен обратиться обращенным лицом к людям или, точнее, к прислужнику, т. е. немного повернувшись в сторону Послания. Во время Misereatur священник должен держать руки сложенными вместе на груди, и во время Indulgentiam он осеняет крестным знамением причастников; взор священника должен быть опущен долу.

Множественное число в этих формулах должно сохраняться, даже если причастник всего один (R.R.: V, C. II ad 2; S.R.C. 4193, IV ad 2).

После Indulgentiam священник разворачивается обычным образом к центру алтаря, преклоняет колено и берет киворий в левую руку. Взяв одну Гостию между указательным и большим пальцами правой руки, он чуть приподнимает Её над киворием – сама рука его, однако, должна немного опираться на киворий - и, повернувшись к народу, произносит Ecce Agnus Dei. Взор его обращен при этом к Гостии. Стоит священник перед центром алтаря, даже если Св. Таины остаются у него за спиной; киворий держит на уровне своих глаз, или, как это принято в Италии и Франции - на уровне своей груди (Giovanardi, XXIV, Rubrici S. Missae - 726-736, 1911 Roma).

Допускается (хотя и не описано правилами), чтобы, если таков местный обычай, при словах «Ecce Agnus Dei» священник немного возносил Гостию над киворием и затем вновь опускал Её вниз. Причастники трижды произносят Domine non sum dignus; мужской род в слове «dignus» сохраняется, даже если Причастие преподается только женщинам (R.R.: V, C. 2, ad 3; EPH. LIT.: IV, p. 78 ad 5).

После последнего Domine non sum dignus священник спускается по ступеням туда, где расположены коленопреклоненные причастники. Идти следует по центру, если только Причастие не будет преподано кому-то позади или в сбоку алтаря – в этом случае не запрещается спуститься по ступеням на стороне Послания или Евангелия (EPH. LIT.: IV, p. 78, прим. 4).

Если причащается священник или иной поставленный клирик, он должен причащаться на ступени алтаря, или, по крайней мере – в пресвитерии, отдельно от мирян (R.R.: V. O. II ad 4).

Преподавая Причастие по очереди нескольким мирянам, священник всякий раз должен двигаться вдоль Трапезы Господней в направлении от стороны Послания к стороне Евангелия, а дойдя до конца – перейти опять на сторону Послания и только оттуда вновь начать движение, причащая новую группу причастников (R.R.: V, C. II ad 4; EPH. LIT.: LV, p. 79 ad 8).

Над каждым из причастников священник должен произнести формулу Corpus Domini, совершая Крестное Знамение Гостией над киворием и преклоняя голову при словах «Jesu Christi». Заканчивая формулу, священник кладет Тело Христово на язык причастника на словах «in Vitam Aeternam» (R.R.: V, C. II ad 5; EPH. LIT.: LV, p. 78 ad 7).

При необходимости разрешается разламывать Гости, однако одна Гостия не должна быть разделена больше чем на две, или самое большее - три части (S.R.C. 2704, i; THEOL. MOR.; U. X. 131 ad 1).

Причастив всех, священник возвращается к алтарю и ставит киворий на илитон и, если в кивории остались Гостии или частицы тела Христова, преклоняет колено. Затем он читает антифон О sacrum convivium и стихи Panem de caelo, Domine exaudi и Dominus vobiscum, а после них – молитву Deus qui nobis с длинным окончанием. Обычные ответы на стихи и воззвания произносятся прислужником. В пасхальный период и в праздник Corpus Christi к O sacrum convivium, Panem de caelo и Omne delectamentum добавляется «Alleluja»; кроме того, начиная от Postcommunio Воскресенья Пасхи и в течение всего пасхального периода взамен Deus qui nobis читается молитва Spiritum nobis Domine (R.R.: V, C. II ad 6-7).

По прочтении вышеупомянутых молитв священник должен осторожно очистить патену и свои пальцы над киворием; затем он омывает свои пальцы в сакрарии на алтаре и насухо вытирает их линтией. После того священник закрывает киворий крышкой, накрывает его покровцом и убирает в дарохранительницу; перед тем, как закрыть и запереть дверцу, он должен совершить коленопреклонение (R.R.: V, C. II ad 8; S.R.C. 3975, in; см. Nо. 109 H).

Закрыв дарохранительницу, священник должен благословить причастников. Стоя лицом к дарохранительнице, он возводит очи к напрестольному кресту или образу и затем произносит первые три слова формулы благословения: «Benedictio Dei omnipotentis» (произнося их, он должен развести, немного приподнять и свести на уровне глаз руки, затем низко склонить голову перед распятием).

Не целуя алтаря, священник поворачивается к народу и, продолжая формулу: «Patris et Filii + et Spiritus Sancti», осеняет Крестным Знамением причастников; затем складывает руки перед грудью и заканчивает формулу словами «descendat super vos et maneat simper». Прислужник отвечает: «Amen» (R.R.: V. C. II ad 9; S.R.C. 2704, VI).

После благословения священник вновь поворачивается к алтарю, складывает илитон и убирает его в бурсу. Затем он спускается от алтаря, преклоняет колено, надевает биретту и возвращается в ризницу (EPH. LIT.: LV, p. 82 ad 3-4).

Примечания:

1. При открытии и закрытии дарохранительницы допускается одиночный звонок в колокольчик, если таков местный обычай.

2. Если Причастие вне Мессы преподает диакон, он должен надеть стихарь и орарь, как положено диакону, после чего соблюдать всё вышеуказанное, с тем исключением, что он не благословляет причастника Гостией (R.R.: V, C. II ad 10; EPH. LIT.: LV, p. 81 ad 10).

3. Если Причастие вне Мессы преподает епископ, то в конце он должен преподать благословение так, как положено архиерею – прочесть Sit nomen Domini и проч. и совершить тройное Крестное Знамение над причастниками (R.R.: V, C. и ad 10).