Поиск по этому блогу

Загрузка...

суббота, 30 апреля 2016 г.

Святые по соседству

Каждый год 28 апреля католики устраивают в сети холивар на тему св. Джанны Беретта Молла. Да как она могла бросить детей, почему не ценила свою собственную жизнь, почему Церковь этой канонизацией навязывает такой странный выбор? Претензии и к св. Джанне, и к канонизировавшему ее св. Иоанну Павлу II... Пожалуй, единственная святая, которая может сравниться с Джанной по количеству претензий от католиков по поводу такой «странной и неправильной» канонизации, – это св. Мария Горетти. И, кажется, я понял, в чем дело.

Есть в американской поп-культуре такой стереотип: «Girl (вариант boy) next door», то есть стандартная девушка, какая вполне может жить за углом. Св. Джанна Беретта Молла и св. Мария Горетти – это именно такие святые. Большинство святых могут восхищать, могут давать какой-то пример в той или иной достаточно частной ситуации, с ними может быть по тем или иным причинам особая эмоциональная и молитвенная связь, но представить себе, что мы или наши близкие окажемся на их месте, довольно трудно. И уж тем более, что мы окажемся на их месте не по своей воле. Кто хочет поехать на край земли в лепрозорий – св. Дамиан де Вестер да сохранит его в пути. Кто не хочет – может почитать его житие как сказку или роман: захватывает, восхищает, но ко мне не относится. А уж тем более большинство других святых. Ну кто, кроме разве что особо романтичного подростка, да и то в самых смелых мечтах (а люди помудрее – в самых страшных ночных кошмарах), может себе представить, например, что на страну нападут враги, глава государства и все его генералы окажутся абсолютно ни на что неспособны, и тогда ему придется, без всякого военного опыта, вести в бой людей вдвое старше себя и кричать перед атакой: «Все, кто любит меня, за мной»? Или кто может представить себя в ситуации, когда ты, лорд-канцлер и старый друг короля, говоришь ему в лицо, что думаешь, а потом восходишь на эшафот? Да нам даже гонения трудно представить, как что-то, могущее произойти с нами, хотя они происходили два поколения назад и происходят прямо сейчас на том же Ближнем Востоке!

А свв. Джанна Беретта Молла и Мария Горетти – это saints next door. И даже не в том дело, что они жили недавно. Главное: они оказались в ситуации, в которой можно легко оказаться. Они дали нам образец, которому, вполне может быть, придется следовать. И они – живой укор тем, кто боится и не готов. И отсюда такие претензии и к ним самим, и к факту их канонизации. Не хотим таких святых, нам удобнее с героями сказки, романа, эпоса – лишь бы «не из нашей жизни».

Но святые изначально и были такие: одни из нас, такие же как мы. В первых «Актах мучеников» (до Миланского эдикта) приводятся простые, человеческие черты. Солдаты постучали к святому в дом, он открыл им в тапочках, они сказали: "̶ты арестован», а он спросил: «можно я переобуюсь?». Святую арестовали, два дня она просидела в тюрьме вместе с годовалым ребенком, которого все еще кормила, потом пришел ее отец и забрал внука домой, после чего у нее очень болела грудь, и она всю ночь молилась, чтобы Господь избавил ее от лактостаза и помог ребенку пережить резкое отлучение. Святые в этих «Актах» – это такие же люди, как любой другой христианин Римской империи, только оказавшиеся в ситуации, в которой может оказаться каждый, и прошедшие Крестный путь до конца. Для людей нашей культуры такими святыми являются Джанна Беретта Молла и Мария Горетти.

P.S. Каждый год 28 апреля католики устраивают холивар на тему св. Джанны Беретта Молла и, возможно, именно поэтому у них не хватает сил 29 апреля на другой холивар: «Да как она смела? Простая девочка, университетов не кончала, в монастыре не жила, а указывала Папе Римскому, что ему делать и чего не делать! Достали эти папохейтеры с синдромом неофита, лучше всех знающие ответ на любой вопрос!»

Евгений Розенблюм

вторник, 12 апреля 2016 г.

Новое исследование: Туринская плащаница и Овьедский плат

Туринская плащаница и плат (суда́рь, от латинского sudarium), хранящийся в Овьедо, «практически несомненно покрывали мертвое тело одного и того же человека». Такое заключение было сделано по результатам исследования, в ходе которого две реликвии сравнивали с использованием методов судебно-медицинской экспертизы и геометрии.

Анализ проводил д-р Хуан Мануэль Миньярро, профессор скульптуры в Университете Севильи, в рамках проекта, спонсированного валенсийским Испанским центром синдонологии (CES).

Таким образом, новые данные подтверждают многовековую традицию, согласно которой оба полотна относятся к одной и той же исторической персоне, а именно – согласно традиции – Иисусу из Назарета. Туринская плащаница представляет собой ткань, которой тело Иисуса было обернуто при положении в гробницу, а овьедский сударь – плат, которым накрыли Его лицо после смерти на кресте. Согласно евангельскому повествованию, оба предмета были потом найдены в пустой гробнице апостолами Петром и Иоанном. Сударь представляет собой отрез льняной ткани размером 84 x 53 см со следами крови и сукровицы. История этой реликвии известна с VII века; согласно преданию, записанному в начале XII в., он хранился первоначально в Иерусалиме, откуда был вывезен после завоевания города Хосровом II в 614 году и через Александрию попал в Испанию. Для хранения реликвии в Овьедо была построена капелла Камара Санта («Святая палата»), вокруг которой позднее возник собор Сан-Сальвадор.

Овьедский сударь

Исследование «само по себе не доказывает, что этот человек был Иисусом Христом, но позволяет нам существенно приблизиться к неопровержимой демонстрации того, что плащаница и сударь были обернуты вокруг головы одного и того же покойника», – пояснил д-р Миньярро авторам статьи, опубликованной порталом Aleteia.

Между двумя реликвиями был обнаружен ряд совпадений, «намного превосходящий минимально необходимое число доказательств или существенных деталей, принимаемое большинством юридических систем мира для идентификации личности: это число колеблется в пределах от 8 до 12, тогда как наше исследование продемонстрировало более 20 таких элементов сходства», – добавил ученый.

В частности, исследование выявило «весьма важные совпадения» в основных морфологических характеристиках (тип, размер и расстояния между оставшимися на ткани следами), количестве и расположении пятен крови, а также уникальных отметинах от различных телесных повреждений, отпечатавшихся на обеих реликвиях.

«Места, демонстрирующие совместимость двух анализируемых полотен», располагаются в области лба, где остались следы крови, а также на дорсальной части носа, правой скуле и подбородке, где имеются «следы различных ушибов».

В отношении пятен крови Миньярро пояснил, что между двумя полотнами имеются морфологические различия, однако «представляется неоспоримым то, что источники – места кровотечения – полностью совпадают». Разницу можно объяснить различием во времени, расположении и интенсивности контакта полотна с головой покойного, а также разной эластичностью двух тканей».

Таким образом, продемонстрированное сходство между двумя реликвиями таково, что «теперь очень сложно представить себе, чтобы они принадлежали двум разным людям», – поясняет президент CES Хорхе Мануэль Родригес. В свете новых данных «мы пришли к точке, откуда представляется абсурдным предположить, будто совпадение всех ран, ушибов и опухлостей стало следствием некой случайности... Логика требует заключить, что речь идет об одной и той же персоне».

«Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы». – Лк. 8:17.