Поиск по этому блогу

воскресенье, 19 ноября 2017 г.

Интервью еп. Шнайдера Майклу Мэтту



Находясь в США, епископ-помощник архиепархии Пресвятой Девы Марии в Астане Атаназий Шнайдер дал интервью редактору сайта «Remnant» Майклу Мэтту, 20-минутный отрывок из которого мы предлагаем вниманию наших читателей. Основные мысли, высказанные владыкой, следующие:

Первостепенная задача пастырей Церкви — Папы, епископов, священников — это защищать то, что свято, то, что вверено им как верным управителям, но не принадлежит им. Святая Евхаристия, Тело Христово, не является собственностью Папы, епископа или священника, и потому они не могут распоряжаться Ею по своему усмотрению и приспосабливать Ее к духу мира сего. Мы должны молиться о Папе и о том, чтобы он ясно запретил практику причащения разведенных прелюбодеев. Это — его обязанность, его первостепенная задача: утверждать своих братьев во всей Церкви, привнести ясность в этот крайне важный вопрос. Я надеюсь — и мы должны об этом молиться — что Бог просветит его и даст ему сил сделать это и делать это всегда, — говорит епископ. Чудеса бывают. Если Папа Франциск это сделает, это будет чудо, но мы должны верить в чудеса.

Мы должны поддерживать его своими молитвами. Те, кто публично проявляет свою обеспокоенность состоянием смятения в Церкви — это и есть настоящие друзья Папы. Именно они, а не те епископы, священники и миряне, кто совершает по отношению к Папе акты адорации. Нельзя отрицать очевидное, в Церкви мы должны быть честны друг с другом, поэтому просить Папу внести ясность, как это уже многие сделали — это дело милосердной любви по отношению к нему. Когда Папа предстанет перед судом Божьим — а это случится, это случается с каждым из нас — он вспомнит всех, кто просил его внести ясность, и будет благодарен им. А те голоса, что только восхваляли его и говорили: «всё хорошо, Святой Отец», — как в песенке «Всё хорошо, прекрасная маркиза» — они не помогут ни ему, ни самим себе. Церковь — это большая семья Божья: Святой Отец, духовенство, миряне... Этот семейный дух очень сильно подчеркивался на Втором Ватиканском Соборе. А в семье должна быть возможность говорить ясно и не боясь быть наказанным или стать изгоем. Я считаю, — говорит владыка, — знаком присутствия Святого Духа в Церкви то, что на всех уровнях — кардиналы, епископы, миряне — есть те, кто старается помочь Святому Отцу, публично выражая свою обеспокоенность.

Если же случится худшее и Папа так и не даст ожидаемого от него ответа, а новые правила начнут повсеместно претворяться в жизнь, мы должны будем сохранять верность истине, которая нам известна. Вера не является собственностью Папы, он не может ничего в ней менять, он — лишь управитель, первый из слуг истины. Церковь в конечном итоге находится не в руках Папы, а в руках Христа. Каждый отдельно взятый Папа — явление временное, а Христос вечен.

После Второго Ватиканского Собора и по сей день во всех сферах жизни Церкви существует глубокий кризис — это очевидно, отрицать это невозможно. Разумеется, прежде всего имели место ошибки в толковании Собора, но объективно это толкование и его воплощение в жизнь отчасти основывались и на некоторых двусмысленных высказываниях самого Собора. После Собора Папы — Павел VI, Иоанн Павел II — пытались скорректировать какие-то из отклонений от правильного курса, но этого оказалось мало. Ошибкой был разрыв с Традицией, господствовавшее тогда ощущение, что мы начинаем какую-то новую эру, создаем новую Церковь. А это противоречит духу апостолов и Христа, потому что Церковь всегда одна, и «новой Церкви» не может быть.

воскресенье, 6 августа 2017 г.

Ars Celebrandi 2017



Очередной семинар «Ars Celebrandi» завершился в польском Лихене. В четвертом по счету семинаре, организованном ассоциацией Una Voce Polonia, приняло участие более 40 священников, в том числе представители доминиканцев, франциканцев трех ветвей (конвентуальных, обсервантов и капуцинов), салезианцев, пиаристов, цистерцианцев, бенедиктинцев, священников Святейшего Сердца, редемптористов, сальваторианцев, паллотинов, лазаристов и Института Доброго Пастыря.  Десять из них впервые в своей жизни отслужили Св. Мессы согласно экстраординарной форме. Более 100 мирян прошли курсы обучения искусству министранта и литургического пения.

Пятый семинар «Ars Celebrandi» пройдет в Лихене 12-19 июля 2018 года.

суббота, 24 июня 2017 г.

Как изобразить божественность?

Образ Иисуса Назарянина Трех могуществ (Jesús Nazareno de las Tres Potencias), Гватемала, ок. 1697 г.


Второй Никейский Собор (VII Вселенский), созванный в 787 году при участии более чем 350 епископов – в основном восточных – и легатов Римского Папы Адриана I, ниспроверг ересь иконоборчества и подтвердил почитание образов Господа Христа, Богородицы, всех ангелов и святых. Позднее эту же тему раскрыл в своих постановлениях Тридентский Собор (XIX Вселенский). Католическое благочестие в различных своих формах часто обращается к иконе – изображению, почитая которое, мы воздаем должные почести изображенному. Любой традиционный храм полон картин, статуй, мозаик, на которых верующим предстают и Сам Господь, и множество Его святых. Но как добиться, чтобы Спаситель не «затерялся» среди Своих возлюбленных слуг, чтобы великолепие свиты не затеняло величие Владыки?

Начиная примерно с XV-XVI века распространяется обычай изображать Спасителя не с обычным нимбом над или за головой, а со своеобразной короной – тремя «лучами света», расходящимися под прямым углом или направленными кверху. Мы встречаем их на гравюрах Дюрера и картинах Эль Греко, но наиболее массовым это явление становится в Испании и затем во всём испаноязычном мире в связи с растущей популярностью религиозных процессий со статуями (pasos). Закрепившееся за такими лучами испанское название – potencias, что можно перевести как «силы» или «могущества». Как и одеяния из настоящей ткани, расшитой богатым узором, в которые испанцы любят облачать статуи Господа и Пресвятой Девы, potencias могут быть съемными и по желанию владельцев скульптуры заменяться более изящными и ценными.

Алебастровая статуэтка
Младенца Иисуса с potencias
из металла
Статуя «Отец наш Иисус Любви,
лишенной одеяния» («Nuestro Padre Jesús
del Amor Despojado de sus vestiduras»),
Кадис, Андалусия, освящена в 2008 г.


Толкования символического числа potencias ожидаемо разнообразны. Одни говорят, что три луча обозначают полноту благодати, всемогущество и всеведение Христа, другие вспоминают о Его тройном служении как Пророка, Священника и Царя, кто-то пускается в философские рассуждения о присущих душе трех способностях (что по-испански тоже можно выразить словом potencia) – воле, памяти и разумении.

Часто на трех лучах встречаются буквы I, H и S, что можно истолковать как «Iesus Hominum Salvator» («Иисус спаситель человеков») или «In Hoc Salus» («В сем спасение»).

  
Potencias
с буквами I-H-S...
...с надписью
«Ecce Sacerdos magnus» –
«Се Священник великий»...
...и с небольшими
образками святых.


Считается, что potencias происходят от крестчатого нимба – отличительного признака Христа, появляющегося в византийской иконографии в V в. (нижняя часть вертикальной перекладины креста не изображается, поскольку скрыта за головой Спасителя – остается три «луча»).

Христос Вседержитель.
Часть мозаики деисусного чина в южной галерее
константинопольского собора Святой Софии,
вторая четверть XII в.
Византийский крест-реликварий,
ок. IX-XI вв.

четверг, 15 июня 2017 г.

Шартр-2017: видео

17 тысяч человек приняло в этом году участие в традиционном паломничестве из Парижа в Шартр, которое состоялось на Пятидесятницу. Средний возраст паломников – около 20 лет.


Понтификальную Святую Мессу в соборе Шартрской Божией Матери совершил в понедельник по Пятидесятнице кардинал Рэймонд Лео Бёрк.

пятница, 21 апреля 2017 г.

Выдержат ли дети латинскую Мессу?

Корреспондент католического журнала «Regina» Анна-Мария Визи беседует с Джозефом Шоу – профессором Оксфордского университета, председателем Общества латинской Мессы Англии и Уэльса (организация-член Международной федерации Una Voce) и отцом семерых детей.

* * *

REGINA: Учитывая то, насколько формален характер традиционной латинской Мессы, будут ли дети на ней хорошо восприняты?

Джозеф ШОУ: В некоторых храмах существует такое явление, как враждебность к семьям и детям, но это гораздо более распространено на Мессах ординарной формы, чем на традиционных Мессах, где присутствует значительно большее количество детей. Частично этому причиной большие семьи [больше распространенные среди традиционных католиков], а отчасти – то, что молодые родители ищут традиционную Мессу. Недовольные взгляды и цыканье на родителей, которые стараются справиться с маленькими детьми на Мессе, обычно исходят от людей (преимущественно светских, но иногда и от священников), которые не привыкли видеть детей на Мессе. Те, кто регулярно посещает традиционную латинскую Мессу, с большей вероятностью успели к ним привыкнуть.


REGINA: Что вы можете сказать родителям маленьких детей, которые размышляют над посещением латинской Мессы?

Джозеф ШОУ: Первое, что я хочу сказать родителям: на латинской Мессе вы встретите больше сочувствия и симпатии, чем привыкли получать на своей обычной приходской Мессе, особенно если ваша приход стремится зажать детей в своего рода детские гетто: «Мессы для детей», «детские литургии» и «комнаты для детей». Из-за таких явлений основные Мессы во многих приходах становятся зонами, свободными от детей.

REGINA: «Детские гетто»?

Джозеф ШОУ: Да. В самих этих детских гетто на детей никто не цыкает, но зато дети и кое-кто из их родителей часто начинают думать, что там не нужно прилагать усилия и поддерживать молитвенную атмосферу. В таких условиях дети никогда не научатся правильно вести себя на Мессе.

REGINA: Что вы предлагаете взамен?

Джозеф ШОУ: Лучшее место, где родители смогут научить детей правильно себя вести, это Месса в подобающей атмосфере и с подходящими примерами для подражания. Они не научатся ничему ни в атмосфере зоопарка, ни в храме, полном цыкающих на них стариков, ни в комнате за звуконепроницаемым стеклом.

REGINA: Как подготовиться к своему первому участию в латинской литургии?

Джозеф ШОУ: Нет нужды делать что-то особое. Литургия – это не самостоятельная работа, к которой нужно готовиться; это переживание. Если вы хотите получить от нее максимум пользы, возможно, вам будет иметь смысл подробней ее изучить, но сначала нужно получить опыт ее переживания – и получать его постоянно.

REGINA: А дети?

Джозеф ШОУ: Детям поможет общая катехизация дома или в школе, но они должны получать ее независимо от того, в какой Мессы вы участвуете.

Прежде всего дети должны участвовать в семейной молитве. Если вы хотите научить детей стоять на коленях и вести себя тихо и сосредоточенно, то десять минут практики в день сделают гораздо больше, чем один час в неделю.

Во-вторых, любой катехизис или учебник для занятий по религии содержит материал о природе Мессы и других таинств. Конечно, не все катехизисы и учебники одинаково полезны.


REGINA: А что насчет музыки?

Джозеф ШОУ: Наверное, трудно ожидать от вашей местной воскресной школы, что она научит ваших детей латинскому языку и григорианскому пению, но вообще-то именно так и должно быть: каждый западный католик имеет на это право от рождения.

REGINA: Как выучиться тому, что происходит на латинской Мессе?

Джозеф ШОУ: Если латинская Месса станет регулярной частью вашей жизни, вы можете приобрести много замечательных книг для детей разного возраста, куда они могут заглядывать во время Мессы, а также читать их дома. Они помогут вашим детям (а возможно и вам самим) точнее понимать, что происходит на каждом этапе и что означают те или иные церемонии. Когда дети подрастут, им пригодятся Миссал с чтениями и другими текстами для каждой литургии, с молитвами для личного пользования и красивыми рисунками.

REGINA: Звучит интересно!

Джозеф ШОУ: Однако я не хотел бы делать большой упор на эти книги. В храм ходят не для того, чтобы читать книгу: это можно сделать дома. Мы посещаем Мессу, чтобы принять в ней участие: чтобы в духе молитвенного созерцания смотреть на то, что происходит, и слушать пение. Детей нельзя научить молитвенному созерцанию по книжке. Этому их научит сама Месса: как говорил Папа Бенедикт, литургия – это школа молитвы.

REGINA: Какой совет вы бы дали тому, кто размышляет о том, чтобы впервые пойти на традиционную Мессу?

Джозеф ШОУ: Если у вас есть выбор, идите на Мессу с пением. Тихая Месса – это прекрасный опыт, но к ней сложнее привыкнуть. Музыка петой Мессы – если она хорошо исполняется – добавляет к Мессе дополнительный уровень красоты, дополнительный способ участия в ней. Когда звучит григорианский хорал, дети, которые регулярно участвуют в Мессе, могут легко изучить постоянные песнопения (Kyrie, Sanctus, Agnus) и присоединяться к ним.

REGINA: Какой совет вы бы дали родителям, чтобы помочь им удержать внимание своих детей во время Мессы?

Джозеф ШОУ: Родителям нужно делать то, что они и так делают. Традиционная Месса здесь ничем не отличается, хотя она и дает некоторые преимущества в этом смысле.

Младенцам на Мессе лучше либо быть довольными, либо спать, чтобы они не беспокоили родителей и всех остальных, а если они недовольны, потому что им что-то нужно, родители стараются им это обеспечить. Иногда им нужно вздохнуть свежего воздуха, тогда их следует вынести из храма.

Дети, которые начинают ходить, могут играть с игрушками, наклейками, раскрасками. Когда они подрастают, их можно знакомить с ключевыми моментами Мессы, например, освящением. Еще важней это становится, когда они готовятся к первому Святому Причастию, получая дополнительную подготовку вне Мессы. Постепенно они начнут участвовать в Мессе так же, как взрослые. Если они научатся хорошо читать, им могут помочь книги, о которых я уже упоминал. Повторю, что это не зависит от формы Мессы, и родители не должны думать, что в случае с традиционной Мессы существуют какие-то особые проблемы или требования.

REGINA: В чем отличия традиционной Мессы с точки зрения задач, стоящих перед родителями – независимо от возраста их детей?

Джозеф ШОУ: Им бывает проще.

REGINA: В самом деле?

Джозеф ШОУ: Маленьким детям легче вести себя тихо и спокойно, потому что они находятся в тихом и спокойном окружении. Родители часто говорят, что их малыши лучше ведут себя на латинской Мессе. В одной из колонок британского «Catholic Herald» о. Тим Финниган отвечал на вопрос родителей, как поощрить маленьких детей тише вести себя на Мессе. Совет была прост: берите их на ту Мессу, где тише.



REGINA: Кое-кто сказал бы, что применительно к маленьким детям это нелогично.

Джозеф ШОУ: Существует мнение, что нельзя гарантировать того, что ребенок не будет шуметь, а потому он будет сильнее раздражать людей на тихой Мессе – поэтому родители с маленькими детьми ходят на шумные Мессы, где атмосферу уже нельзя испортить еще больше.

Это шаг отчаяния. Учителя учат детей сидеть тихо в классе; родители учат детей хорошо вести себя у бабушки с дедушкой. Дети учатся этому, потому что так надо. То же самое и с Мессой.

REGINA: А когда они подрастают?

Джозеф ШОУ: Когда вы начинаете показывать старшим детям определенные вещи, традиционная Месса имеет другое большое преимущество: ее церемонии гораздо ярче и выразительней, чем на новой. Традиционное Освящение со всеми его коленопреклонениями, возношениями, звонками, кадилом и т. д. развилось в те времена, когда католики-миряне нечасто принимали Причастие, и стало таким, каким оно есть, для того, чтобы облегчить верным участие в Евхаристии не только через физическое Ее принятие, но и через взгляд, через созерцание и внутреннее намерение. Поэтому она идеально подходит детям, которые еще не принимали первое Святое Причастие. Родители могут поощрить детей произносить про себя акт веры («Господь мой и Бог мой») и совершать формальное или неформальное духовное Причастие в этот момент или тогда, когда Причастие принимает священник.

REGINA: Да, верно. В этой Мессе больше драматизма, если можно так сказать.

Джозеф ШОУ: В Мессе есть и другие драматические и выразительные моменты, которые родители могут объяснить детям, например, коленопреклонения во время Символа веры и заключительного Евангелия или то, когда священник показывает народу освященную Гостию («Вот Агнец Божий»). Не надо всегда на все обращать внимание детей: достаточно просто время от времени показывать им что-нибудь. Детям, как и взрослым, нужно дать возможность участвовать в Мессе со своими собственными мыслями и молитвами.

REGINA: Люди могут спросить: какую пользу извлекут дети из латинского многословия и сложных обрядов, с которыми они столкнутся на традиционной Мессе?

Джозеф ШОУ: Несомненно, они мало что понимают и из текстов на родном языке, которые слышат на Мессе в ординарной форме. С точки зрения светского человека, она напоминает лекцию: поток слов. Трудно представить себе что-то, что было бы менее рассчитано на привлечение детского внимания. Естественно, дети ограничены в своих вербальных способностях, но и взрослым приходится потрудиться, чтобы сосредоточиться и понять длинный текст, который передается устно. Разнообразие возможных вариантов и рассчитанный на несколько лет и лекционарий рассчитаны на то, чтобы многие тексты не стали привычными и не успели надоесть, но из-за этого их только труднее воспринимать.

REGINA: Это очень интересное замечание. Новая Месса действительно очень сильно ориентирована на разговор.

Джозеф ШОУ: Сложность здесь заключается в том, что Месса на народном языке старается передать почти всё свое содержание только через слова. Традиционная Месса передает информацию через полный набор средств, используя атмосферу, красивые и сложные облачения и убранство храма, необычно выглядящие церемонии, каждение, особые музыкальные формы, а главное – достоинство и красоту сакрального языка. Так она передает центральное послание литургии: чрезвычайную важность и достоинство Таинства и Жертвы. Поскольку этого нельзя полностью передать детям только через слова, эти средства древней Мессы имеют здесь существенное преимущество.



REGINA: Вы много писали о роли министрантов в традиционной латинской Мессе. Как вы считаете, влияет ли их присутствие на посещающих Мессу мальчиков?

Джозеф ШОУ: С прислуживанием мальчиков у алтаря связано еще одно преимущество традиционной Мессы. В ординарной форме оно не столь привлекательно, так как там министранты не играют такую важную и интересную роль, а во многих местах оно вообще стало преимущественно девичьим занятием. На традиционной же Мессе это служение может оказывать потрясающий эффект на маленьких мальчиков, которым тяжелее, чем девочкам, подолгу сидеть ровно и тихо. Дисциплина министрантского служения и глубокая вовлеченность в церемонии дает им новый взгляд на Мессу, и часто они относятся к этому с большим энтузиазмом.

REGINA: Пару слов в заключение?

Джозеф ШОУ: Самое важное – это не то, сколько дети знают о Мессе или даже об истинах веры, а сама встреча с Богом, возможность которой открывает литургия.

Первая публикация на английском языке: «Regina», 14 апреля 2017 г. Фото Дж. Шоу.

суббота, 15 апреля 2017 г.

Дева Великой Субботы: Богородица Одиночества

Богородица Одиночества, Nuestra Señora de la Soledad – один из самых, может быть, трагических образов Пресвятой Девы, родившийся в стране, всегда щедрой на радость, но и скорбь. Прошла Страстная Пятница – Христос Господь, Ее возлюбленный Сын, преодолел весь путь от Гефсимании до Голгофы, был распят, умер, снят с креста и погребен; настала Великая Суббота – тот страшный пустой день, который Она встречает без Него. Последний из семи мечей вонзился в сердце Девы-Матери.

Статуя работы Гаспара Бесерры
Особым почитанием Пречистой в тайне Ее одиночества отличался французский королевский дом. В Испанию этот культ привезла дочь Генриха II и Екатерины Медичи, французская принцесса Елизавета, 15-летней девочкой отданная замуж за испанского короля Филиппа II и превратившаяся в королеву Изабеллу, прозванную Isabel de la Paz (Изабелла Мирная) – ведь этим браком Франция и Испания скрепили мирный договор, положивший конец многолетней войне. С собой Елизавета привезла в Мадрид рисунок Девы Одиночества, висевший в ее приватной молельне; приехавшие вслед за французской принцессой монахи ордена минимов нашли его столь благодатным, что попросили разрешить им сделать копию для часовни в своем новом монастыре, названном в честь Богородицы Победоносной. Однако эта копия должна была стать «объемной» – рисунку монахи предпочли статую, которую и заказали знаменитому придворному художнику и скульптору Филиппа II, ученику Микеланджело – Гаспару Бесерре.

Как и поныне часто делают в Испании, с особой тщательностью скульптор вырезал из дерева лишь голову и руки Пресвятой Девы: все остальное должно было быть покрыто платьем из настоящей расшитой ткани (статуи такого рода по-испански называются vestidera – «облачаемая»). Богородице придали облик благородной вдовы той эпохи. Перевести рисунок в пластику оказалось непросто. Больше года ушло на то, чтобы создать первый вариант головы Пресвятой Девы – увы, он никому не понравился. Сопровождаемый молитвами монахов, Бесерра продолжил работать и через какое-то время представил на их суд второй вариант – и тоже неудачный. Наконец, мастеру явился во сне некто, велевший пробудиться и вытащить полено из горящего камина. Из этого-то дубового полена и был вырезан третий вариант, оказавшийся удачным. Наконец, 18 декабря 1565 г. королева передала статую в монастырь.

Оригинальный образ работы Гаспара Бесерры погиб в ночь с 19 на 20 июля 1936 года, когда возмущенные выступлением консервативно настроенных военных (будущим «мятежом Франко») сторонники Второй Республики сожгли в Мадриде больше 50 храмов и монастырей, в том числе коллегиатскую церковь св. Исидора, где статуя находилась на протяжении предыдущих ста лет. Однако он вдохновил появление множества других сходных изображений, а также освящение в честь Богородицы Одиночества ряда церквей в Испании и Латинской Америке.

Одна из почитаемых в наши дни
статуй Богородицы Одиночества

суббота, 8 апреля 2017 г.

Молитвы Крестного пути

Данные стояния Крестного пути, основанный на литургии Страстной Пятницы («Improperia») и библейских текстах, прежде всего – Псалмах и книге Плача Иеремии, отличаются от многих более современных версий этого богослужения тем, что представляют собой главным образом не размышления, а именно молитвы.

Первые 12 стояний приводятся в издании «Coeleste Palmetum» 1741 года и восходят, вероятно, к трудам голландского священника Кристиана Круика ван Адрихема (Christianus Crucius Adrichomius, 1533-1585). В изданиях XIX в. мы находим уже все четырнадцать стояний в соответствии с формой Крестного пути, утвержденной Папой Климентом XII.

Oratio præparatoria
Молитва приуготовительная
SUSCIPE, Sancta Trinitas, hoc servitutis meæ obsequium, quod ad divinæ Majestatis tuæ gloriam, et recognitionem redemptionis nostræ, pro satisfactione peccatorum meorum ad impetrandam defunctis requiem, vivisque gratiam, omnibus gloriam offero, in unione meritorum Domini nostri Jesu Christi, Beatæ Virginis Mariæ et omnium Sanctorum. Tibi laus, honor, et gloria, o beata Trinitas, in sempiterna sæcula. Amen. ПРИМИ, Святая Троица, сию покорность моего служения, которое я приношу божественному величию славы Твоей и воспоминанию о нашем искуплении, в возмещение за грехи мои ради стяжания покоя для умерших, для живых же – благодати, и для всех – славы, в единстве заслуг Господа нашего Иисуса Христа, блаженной Девы Марии и всех святых. Тебе же хвала, честь и слава, о блаженная Троица, во веки веков. Аминь.
V. Deus in adjutorium meum intende.
R. Domine ad adjuvandum me festina.
V. Боже, устремись на помощь мне.
R. Господи, поспеши поддержать меня.
Gloria Patri, et Filio, et Spiritui Sancto. Sicut erat in principio, et nunc, et semper, et in sæcula sæculorum. Amen. Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу. Как было изначала, и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
I Statio
Ubi Christus morti adjudicatur
Стояние I,
где Иисуса осуждают на смерть
Iniquum hoc judicium lubens ille subiit, ut te ab æterna damnationis sententia absolveret. Сей приговор несправедливый Он принял добровольно для того, чтобы тебя избавить от осуждения на вечное проклятие.
Ant. Dixerunt impii apud se non recte cogitantes: circumveniamus justum, quoniam contrarius est operibus nostris: promittit se scientiam Dei habere, Filium Dei se nominat; videamus si sermones illius veri sunt, et si est vere Filius Dei, liberet eum de manibus nostris: morte turpissima condemnemus eum. Ант. Неправо умствующе, говорили сами в себе нечестивцы: устроим ковы праведнику, ибо он противится делам нашим, объявляет себя имеющим познание о Боге и называет себя Сыном Господа; увидим, истинны ли слова Его, ибо если истинно Он есть Сын Божий, то Бог избавит его от рук наших: осудим Его на самую бесчестную смерть.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Proprio Filio suo non pepercit Deus.
R. Sed pro nobis omnibus tradidit illum.
V. Собственного Сына Своего не пощадил Бог.
R. Но предал Его за всех нас.
V. Oblatus est quia ipse voluit.
R. Et non aperuit os suum,
V. Был принесен в жертву, ибо Сам захотел того.
R. И не открывал уст Своих.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus:
DOMINE Jesu Christe, qui de cælis ad terram de sinu Patris descendisti, et sanguinem tuum pretiosum in remissionem peccatorum nostrorum fudisti: te humiliter deprecamur, ut in die judicii ad dexteram tuam audire mereamur: VENITE BENEDICTI. Qui vivis et regnas cum Deo Patri in unitate Spiritus Sancti, Deus per omnia sæcula sæculorum. Amen.
Помолимся.
ГОСПОДИ Иисусе Христе, с небес на землю от лона Отчего сошедший и драгоценную кровь Свою проливший во отпущение грехов наших, смиренно Тебя молим о том, чтобы в день судный нам удостоиться услышать, стоя одесную Тебя: «Приидите, благословенные». Живущий и царствующий с Богом Отцом в единстве Духа Святого, Боже, во все веки веков. Аминь.
(Omittuntur in Golden Manual: (В некоторых изданиях:
V. Sanctus Deus, sanctus fortis, sanctus immortalis.
R. Miserere nobis
V. Святый Боже, святый крепкий, святый бессмертный.
R. Помилуй нас.
V. Benedicamus Domino
R. Deo gratias.
V. Благословим Господа.
R. Благодарение Богу.
V. Fidelium animæ per misericordiam Dei requiescant in pace.
R. Amen. )
V. Души верных по милости Божией да почиют в мире.
R. Аминь. )
II Statio
Ubi Christo Crux imponitur
Стояние II,
где на Христа возлагают крест
Supra dorsum meum fabricaverunt peccatores. На хребте моем пахали грешники.
Ant. Ave Rex noster, tu solus nostros es miseratus errores, Patri obœdiens ductus es ad crucifigendum, ut agnus mansuetus ad occisionem. Tibi gloria Hosanna: tibi triumphus et victoria: tibi summæ laudis et honoris corona. Ант. Радуйся, Царь наш: один Ты прощаешь наши ошибки, Отцу послушный, ведомый на распятие, как агнец кроткий на заклание. Тебе слава, осанна; Тебе торжество и победа; Тебе венец величайшей хвалы и славы.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Disciplina pacis nostræ super eum.
R. Et livore eius sanati sumus.
V. Наказание мира нашего на Нем.
R. И ранами Его мы исцелились.
V. Posuit in eo Dominus iniquitatem omnium nostrum.
R. Propter scelus populi sui percussit eum.
V. Господь возложил на Него грехи всех нас.
R. За преступления народа Своего поразил Его.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
III Statio
Ubi primum Christus sub Cruce cecidit
Стояние III,
где Христос в первый раз падает под тяжестью креста
Quantum pondus est peccatorum nostrorum, cui ille succubuit, quia omnia portat verbi virtutis suæ. Сколь велика тяжесть грехов наших, возлегших на Того, Кто силой слова Своего всё носит.
Ant. Humiliavit semetipsum Dominus noster Jesus Christus usque ad mortem, mortem autem Crucis, propter quod et Deus exaltavit illum et donavit illi nomen, quod est super omne nomen. Ант. Смирил Себя Господь наш Иисус Христос даже до смерти, и смерти крестной; посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Vere languores nostros ipse portavit
R. Et dolores nostros ipse portavit.
V. Он взял на Себя наши немощи.
R. И понес наши болезни.
V. Ipse vulneratus est propter iniquitates nostras.
R. Attritus est propter scelera nostra.
V. Он изъязвлен был за грехи наши.
R. И мучим за беззакония наши.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
IV Statio
Ubi Beata Virgo cum Sancto Joanne obviat Christo
Стояние IV,
где Христа встречает Блаженная Дева со святым Иоанном
Quam acerbo doloris gladio cor matris, et cor amantissimi discipuli vulneratum fuerit ad hunc Jesu conspectum! Quem in te compassionis dolorem sentis? О, сколь жестоким мечом пронзено было сердце Матери и сердце любимейшего ученика, когда таким увидели они Иисуса! Какую боль сострадания чувствуешь ты?
Ant. O vos omnes, qui transitis per viam, attendite et videte, si est dolor sicut dolor meus. Idcirco ego plorans, et oculus meus deducens aquas, quia longe factus est a me consolator, convertens animam meam. Defecerunt præ lacrimis oculi mei: conturbata sunt omnia viscera mea: effusum est in terra iecur meum, super contritione filii mei, quoniam prævaluit inimicus. Ант. О вы все, проходящие путем, взгляните и посмотрите, есть ли боль такая, как Моя боль. Об этом плачу Я, и око мое изливает воды, ибо далеко от Меня утешитель, который оживил бы душу мою. Истощились от слез глаза Мои, волнуется во мне внутренность Моя, изливается на землю печень Моя от печали дочери Моей, ибо враг одолел.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Magna est velut mare contritio tua.
R. Quis medebitur tui?
V. Печаль Твоя велика, как море.
R. Кто может исцелить Тебя?
V. Tuam ipsius animam doloris gladius pertransivit.
R. Ut revelentur ex multis cordibus cogitationes.
V. Самую душу Твою пронзил меч боли.
R. Да откроются помышления многих сердец.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
V Statio
Ubi Simoni Cyrenæo Crux imponitur
Стояние V,
где крест возлагают на Симона Киринеянина
Coactus hic Crucem post Jesum portavit, quanto merito portasset sponte! Quæ tua est promptitudo ad ferendam crucem Christi? Сей принужден был нести крест за Иисусом – сколь же заслуг в том, чтобы нести его добровольно! Какова твоя готовность носить крест Христов?
Ant. Nos autem gloriari oportet in Cruce Domini nostri Jesu Christi, in quo est salus, vita et resurrectio nostra, per quem salvati et liberati sumus. Ант. Нам же подобает хвалиться крестом Господа нашего Иисуса Христа, в Котором спасение, жизнь и воскресение наше, Которым мы спасены и освобождены.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Mihi autem absit gloriari, nisi in Cruce Domini nostri Jesu Christi.
R. Per quem mihi mundus crucifixus est et ego mundo.
V. А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа.
R. Которым для меня мир распят, и я для мира.
V. Crux fidelis inter omnes, arbor una nobilis.
R. Nulla silva talem profert, fronde, flore, germine.
V. Верный крест, среди всех прочих древо благородное.
R. Ни один лес не произвел тебе подобных листвой, цветком, плодом.
Ср.: V. Крест Господень, все деревья превзошел ты славою! R. Ни цветами, ни листвою нет тебе подобного. (Пер. П. Сахарова)
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
VI Statio
Ubi Veronica Christo obviat
Стояние VI,
где Христа встречает Вероника
Quam illa præclarum speculum a Christo obtinuit! In hoc te semper contemplare. Какое прекрасное зеркало получила она от Христа! Всегда созерцай себя в нем.
Ant. Ecce vidimus eum non habentem speciem neque decorem, despectum et novissimum virorum virum dolorum et scientem infirmitatem, et quasi absconditus vultus eius, unde nec reputavimus eum. Inglorius est inter viros aspectus eius, et forma eius inter filios hominum. Ipse autem est speciosus forma præ filiis hominum, cujus livore sanati sumus. Ант. Се, видели мы Его, не имевшего ни вида, ни величия, презренного и умаленного пред людьми, мужа скорбей и изведавшего болезни, и как бы скрыто было лице Его, и мы ни во что ставили Его. был обезображен паче всякого человека лик Его, и вид Его – паче сынов человеческих. Но прекраснее всех сынов человеческих облик Того, Чьими ранами мы исцелились.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Domine Deus virtutum converte nos.
R. Et ostende faciem tuam, et salvi erimus.
V. Господи, Боже сил, обрати нас.
R. И яви лице Твое, и спасемся.
V. Ne avertas faciem tuam a nobis.
R. Et ne declines in ira a servis tuis.
V. Не отврати лица Твоего от нас.
R. И не отойди во гневе от раба Твоего.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
VII Statio
Ubi Christus sub judiciaria porta cecidit
Стояние VII,
где Христос падает в Судных вратах
Quomodo tu in judicio extremo subsistes? Каким образом ты устоишь на Страшном Суде?
Ant. Tradiderunt me in manus impiorum et inter iniquos projecerunt me, et non pepercerunt animæ meæ. Congregati sunt adversum me fortes et sicut gigantes steterunt contra me terribilibus oculis intuentes et plaga crudeli percutientes subsannaverunt me. Ант. Предали Меня в руки нечестивых, и среди злых Меня кинули, и не пожалели души Моей. Собрались против Меня сильные, и словно исполины встали против Меня, ужасными глядя очами, и, нанося жестокие удары, глумились надо Мною.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Ego autem sum vermis et non homo.
R. Opprobrium hominum et abjectio plebis.
V. Я же червь, а не человек.
R. Поношение у людей и презрение в народе.
V. Omnes videntes me deriserunt me.
R. Locuti sunt labiis et moverunt caput.
V. Все, видящие Меня, ругаются надо Мною.
R. Говорят устами, кивая головою.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
VIII Statio
Ubi mulieres Christum deplorant
Стояние VIII,
где Христа оплакивают женщины
Ubi sunt lacrimæ tuæ, quibus sola peccata tua, nullam vero alium rei temporalis jacturam defleas? Где слезы твои, которыми ты лишь грехи свои оплакиваешь, а не утрату какого-либо земного блага?
Ant. Filiæ Jerusalem, nolite flere super me, sed super vos ipsas flere, et super filios vestros. Quoniam ecce venient dies in quibus dicent: beatæ steriles, et ventres quæ non genuerunt, et ubera, quæ non lactaverunt. Tunc incipient dicere montibus: cadite super nos; et collibus, operite nos. Quia si in viridi ligno hæc faciunt, in arido quid fiet? Ант. Дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших. ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие. Тогда начнут говорить горам: падите на нас! и холмам: покройте нас! Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Spiritus oris nostri Christus Dominus.
R. Captus est in peccatis nostris.
V. Дыхание уст наших, Христос Господь.
R. Пойман в ямы грехов наших.
V. Cecidit corona capitis nostris.
R. Væ nobis quia peccavimus.
V. Пал венец голов наших.
R. Увы нам, ибо мы согрешили.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
IX Statio
Ubi ultimo cecidit ad Montem Calvariæ
Стояние IX,
где в последний раз падает Он на горе Голгофе
Quoties peccatis nostris Christus opprimitur? Сколько раз грехами нашими повергается Христос?
Ant. Popule meus, quid feci tibi, aut in quo contristavi te, responde mihi. Ego te eduxi de terra Ægypti: et tu me eduxisti ad patibulum Crucis. Ego te pavi manna per desertum quadraginta annis; et tu me cecidisti alapis et flagellis. Ego dedi tibi sceptrum regale; et tu dedisti capiti meo spineam coronam. Quid ultra debui tibi facere et non feci? Ант. Народ Мой, что сделал Я тебе или чем опечалил тебя? Ответь Мне. Я вывел тебя из земли Египетской, а ты Меня подвел под бремя* креста. Я сорок лет питал тебя манной в пустыне, а ты избил Меня пощечинами и ударами бичей. Я дал тебе скипетр царский, а ты возложил на главу Мою терновый венец. Что еще Я должен был сделать тебе и не сделал?
* Patibulum : горизонтальная поперечина креста, которую приговоренный к распятию должен был нести на место казни; этим же словом называется подпорка для виноградной лозы.

Ср. (пер. Е. Перегудовой):
Припев: Слышишь ли, Мой народ, что тебе Я сделал, // Горем, обидой ли Я тебя прогневал?
Я из Египта вел Свой народ со славой, // Ныне Мое лицо пот покрыл кровавый.
Как виноградник Свой Я тебя лелеял, // Дали Мне тяжкий крест ныне иудеи.
Море с путей твоих волны отводило, // Ныне твое копье ребра Мне пронзило.
Огненный столб твой путь освещал в пустыне, // Ты Мне тяжелый крест приготовил ныне.
Дал Я тебе в путь дождь из небесной манны, // Ты за любовь Мою наносил Мне раны.
Скалы родник воды для тебя открыли, // Уксусом Мне уста на кресте смочили.
Вывел Я Свой народ в землю Ханаана, // Душу Мне ранил ты мукой несказанной.
Был Я тебе броней в дни борьбы суровой, // Ты на главу Мою сплел венок терновый.
Разве унизил Я в чем-то иудеев, // Что крест поставлен Мой между двух злодеев?
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Sicut ovis ad occisionem ductus est.
R. Et quasi agnus coram tondente se obmutuit.
V. Как овца, веден Он на заклание.
R. И как агнец пред стригущим его безгласен.
V. Tradidit in mortem animam suam.
R. Ut vivificaret populum suum.
V. Предал душу Свою на смерть.
R. Дабы оживить народ Свой.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
X Statio
Ubi felle et aceto potatur
Стояние X,
где Его поят желчью и уксусом
(оно же: где Его обнажают)
Quam tu immitis es in pauperes? Idem Christo facis? Не ведешь ли ты себя безжалостно по отношению к нищим? Не то ли делаешь Христу?
Ant. Popule meus, quid tibi feci, aut in quo contristavi te? responde mihi: Ego eduxi te de domo servitutis in terram promissionis: et tu me descendentem e sinu Patris eduxisti ad mortem Crucis. Ego te plantavi vineam meam speciosissimam; et tu factus es mihi nimis amara. Ego te potavi aqua salutis de terra: et tu me potasti felle et aceto. Quid ultra debui tibi facere et non feci? Ант. Народ Мой, что сделал Я тебе или чем опечалил тебя? Ответь Мне. Я вывел тебя из дома рабства в землю обетованную, а ты Меня, сошедшего от лона Отчего, повел на смерть крестную. Я насадил тебя, как лозу Свою драгоценнейшую, а ты Мне преподнес весьма горькое. Я поил тебя водою спасения из земли, а ты Меня напоил желчью и уксусом. Что еще Я должен был сделать тебе и не сделал?
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Aruit tamquam testa virtus mea.
R. Et lingua me adhæsit faucibus meis.
V. Сила моя иссохла, как черепок.
R. Язык мой прильнул к гортани моей.
V. Dederunt in escam meam fel.
R. Et in siti mea potaverunt me aceto.
V. И дали мне в пищу желчь.
R. И в жажде моей напоили меня уксусом.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
XI Statio
Ubi Cruci horrendis clavis affigitur
Стояние XI,
где страшными гвоздями прибивают Его ко кресту
Quam fortia amoris sunt vincula quibus Jesus se tibi obstrinxit! Quibus tu vicissim te illi obstringis? Как крепки узы любви, которыми Иисус привязал Себя к тебе! Привязываешься ли и ты к Нему так же?
Ant. Popule meus quid feci tibi? Ego te exaltavi magna virtute: et tu me suspendisti in patibulo Crucis. Ego te excelsiorem feci cunctis gentibus; et tu me saturasti opprobriis et maledictis. Ego ante te aperui mare rubrum; et tu aperuisti lancea latus meum. Quid ultra debui tibi facere, et non feci? Ант. Народ Мой, что сделал я тебе? Я силою великой превознес тебя, а ты Меня подвесил на перекладине креста. Я соделал тебя высочайшим из племен, а ты насытил Меня поношениями и проклятиями. Я пред тобою разверз море Чермное, а ты вскрыл бок Мой копием. Что еще Я должен был сделать тебе и не сделал?
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Quid sunt plagæ istæ in medio manuum tuarum?
R. His plagatus sum in domo eorum, qui diligebant me.
V. Отчего же на руках у Тебя рубцы?
R. От того, что Меня били в доме любящих Меня.
V. Foderunt manus meas et pedes meos.
R. Et dinumeraverunt omnia ossa mea.
V. Пронзили руки Мои и ноги Мои.
R. И пересчитали все кости Мои.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
XII Statio
Ubi in Cruce moritur
Стояние XII,
где Он умирает на кресте
Considera, quid moriens dixerit, et fecerit Jesus. Utinam tu similiter moriaris! Подумай о том, что говорил и делал, умирая, Иисус. О, если бы и тебе в час смерти уподобиться Ему!
Ant. Ecce quomodo moritur justus nemo percipit corde: viri justi tolluntur et nemo considerat: a facie iniquitatis sublatus est justus, et erit in pace memoria eius. Ант. Вот как праведник умирает, и никто не принимает этого к сердцу, мужи благочестивые восхищаются от земли, и никто не помыслит, что праведник восхищается от зла, и память Его пребудет в мире.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Christus factus est pro nobis obœdiens usque ad mortem.
R. Mortem autem Crucis.
V. Христос ради нас был послушным даже до смерти.
R. И смерти крестной.
V. Adoramus te, Christe, et benedicimus tibi.
R. Quia per Sanctam Crucem tuam redemisti mundum.
V. Поклоняемся Тебе, Христе, и благословляем Тебя.
R. Ибо Ты святым крестом Своим искупил мир.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
XIII Statio
Ubi Jesu corpus e cruce super afflictæ matris genua deponitur
Стояние XIII,
где тело Иисуса, снятое с креста, полагают на колени скорбящей Матери
Considera vehementes animæ dolores Mariæ, cum mortuum Filii sui corpus de cruce depositum suo complexu susciperet, et suis genibus sustineret. Caritas tantis eam doloribus affecit, eamque vere martyrem reddidit. Quamnam tu erga Salvatorem tuum sentis caritatem et commiserationem? Подумай о том, как тяжко страдала душою Мария, когда приняла в объятия тело мертвого Сына Своего, снятое с креста, и держала его на коленях. Столь великую скорбь принесла Ей любовь, и воистину сделала Ее мученицей. Какова же твоя любовь и сострадание к Спасителю твоему?
Ant. Cui comparabo te, vel cui assimilabo te, filia Jerusalem? Cui exæquabo te, et consolabor te Virgo filia Sion? Magna est enim velut mare contritio tua. O Mater misericordiæ, fac ut tecum portem Christi mortem, passionis consortem. Ант. С чем мне сравнить Тебя или с чем Тебя сопоставить, дщерь Иерусалима? Чему уподобить Тебя, чтобы утешить Тебя, Дева, дщерь Сиона? Печаль Твоя велика, как море. О Матерь милосердия, сделай так, чтобы мне вместе с Тобою нести Христа умершего, соучаствовать в Страстях Его.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Per te salutem hauriamus, Virgo Maria,
R. Ex vulneribus Christi.
V. Через Тебя, Дева Мария, да почерпнем мы спасение.
R. Из ран Христовых.
V. Pie Jesu, da per matrem me venire,
R. Ad palmam victoriæ.
V. О милостивый Иисусе, дай мне чрез Матерь Твою прийти.
R. К пальме победы.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
XIV Statio
Ubi Jesu corpus sepelitur
Стояние XIV,
где тело Иисуса погребают
Considera, o anima mea, quomodo corpus Jesu aromatibus condiatur, atque ita in monumento novo sepeliatur. Quibus tu honoribus Jesum, Redemptorem tuum, quotidie, sive sacramentaliter, sive spiritualiter excipis? An pro Jesu tuo recipiendo semper conaris esse monumentum novum, et præclaris virtutum ornamentis splendidum? Подумай, душа моя, о том, как тело Иисуса помазывают ароматами и полагают во гробнице новой. С какими почестями ты каждый день принимаешь Иисуса, своего Искупителя, в таинстве или духовно? Всегда ли стараешься быть для принятия твоего Иисуса усыпальницею новой, украшенной великолепием добродетелей?
Ant. Æstimatus sum cum descendentibus in lacum, factus sum sicut homo sine adjutorio, inter mortuos liber. O bone Jesu, venio huc cum mulieribus ad monumentum, lamentans et flens quod adhuc tam indignum me reddidi, ad regnum gratiæ tuæ in corde meo conservandum et stabiliendum. Ант. Я сравнялся с нисходящими в могилу, Я стал, как человек беспомощный, свободный меж мертвых. О благой Иисусе, прихожу я с женами ко гробнице, стеная и плача о столь великом своем недостоинстве, дабы Ты сохранил и утвердил в сердце моем царство Твоей благодати.
Kyrie eleison.
Christe eleison.
Kyrie eleison.
Pater noster... Ave Maria...
Господи, помилуй.
Христе, помилуй.
Господи, помилуй.
Отче наш... Радуйся, Мария...
V. Caro mea requiescet in spe.
R. Et non dabis sanctum tuum videre corruptionem.
V. Плоть Моя упокоится в уповании.
R. И не дашь святому Твоему увидеть тления.
V. Exsurge, Domine, adjuva me.
R. Et redime me a peccatis meis.
V. Восстань, Господи, помоги мне.
R. И искупи меня от грехов моих.
V. Domine, exaudi orationem meam.
R. Et clamor meus ad te veniat.
V. Господи, услышь молитву мою.
R. И вопль мой да придет к Тебе.
Oremus: Domine Jesu Christe... Помолимся. Господи Иисусе Христе...
Commendatio
Предание себя Богу
Respice, quæsumus Domine, super hanc familiam tuam, pro qua Dominus noster Jesus Christus non dubitavit manibus tradi nocentium et Crucis subire tormentum. Qui tecum vivit et regnat in unitate Spiritus Sancti, Deus, per omnia sæcula sæculorum. Amen. Молим Тебя, Господи, воззри на сию семью Твою, ради которой Господь наш Иисус Христос не поколебался предаться в руки злодеев и принять муку крестную. Он, с Тобою живущий и царствующий в единстве Духа Святого, Бог, во все веки веков. Аминь.
Oratio de Sancta Sindone Christi
Молитва о святой плащанице Христовой
Domine Jesu, qui in sancta sindone, qua corpus tuum sacratissimum in Cruce depositum, a Joseph involutum fuit, passionis tuæ vestigia reliquisti: concede propitius, ut per mortem et sepulturam tuam ad resurrectionis gloriam perducamur. Qui vivis et regnas cum Deo Patre in unitate Spiritus Sancti, Deus, per omnia sæcula sæculorum. Amen. Господи Иисусе, оставивший следы Страстей Своих на святой плащанице, которою Иосиф обвил тело Твое, снятое с креста, даруй милостиво, чтобы мы через смерть твою и погребение пришли ко славе воскресения. Живущий и царствующий с Богом Отцом в единстве Духа Святого, Боже, во все веки веков. Аминь.

суббота, 25 марта 2017 г.

«Самуил и Даниил – отроки – судили старцев»: традиционализм как молодежное движение

Ход столетий часто вновь обращал нас к «Правилу» святого Бенедикта как к сокровищнице вечной мудрости, способной привести любую общину искателей Бога к покою и святости. Поразительно то, как Бенедикт подчеркивает, что голоса молодых монахов должны быть надлежащим образом услышаны. Его не назовешь сторонником эгалитаризма в строгом смысле этого слова (так, например, он многократно рекомендует, чтобы упрямых колотили), но вместе со святым Иоанном Кассианом он признаёт, что старость сама по себе не тожественна мудрости, и что именно юные могут видеть ситуацию под таким углом, какой в данный момент нужен общине.

Порядки эти [в монастыре] во всех местах не определять летами братий: ибо Самуил и Даниил – отроки – судили старцев. (гл. 63).

Коль скоро надобно делать по монастырю что-либо особенное, авва пусть соберет все братство и скажет ему в чем дело. Выслушав мнение братий, он обсудит все сам, и сделает что найдет более полезным. Того ради мы сказали приглашать на совет всех, что нередко Господь юнейшему открывает что лучше. (гл. 3).

Рекомендации святого представляются тем более значимыми для Церкви в наши дни, когда столь очевидно, что именно молодые открывают для себя Традицию Церкви во всей ее полноте и в то же время принимают на себя всю тяжесть удара со стороны старших, «завязающих в грязи», когда встает вопрос о принятии этого движения Святого Духа. Курьезно, но сегодняшние старшие поколения часто похожи на евангельских иудеев, неспособных принять новизну Христа и Его апостолов (ср. Деян. 7:51).


Конечно же, едва ли нужно говорить о том, что совет св. Бенедикта отлично применим и к монастырям, мужским и женским, где – будем откровенны – возрождение или часто даже просто выживание неразрывно связно с восстановлением традиционной литургии как в службе часов, так и в совершении Мессы, и пения. (См. «Sacrificium laudis» Павла VI). Давно уже не секрет, что самые процветающие общины – это те, что без стеснения восстановили образ жизни, прежде отброшенный поколением глупцов во имя «аджорнаменто». Один монах-бенедиктинец мне рассказывал, что когда в конце 1960-х его монастырь полностью перешел на литургию на народном языке, кто-то из членов общины свалил все экземпляры Antiphonale Monasticum (монашеской певческой книги) в тачку, вывез наружу, сложил костер и там их все спалил. Другой монах в ужасе собрал сколько сумел экземпляров Graduale Romanum и спрятал, чтобы избавить от такой же участи. Сколько же драгоценных томов, кладезей вековой мудрости и красоты, было уничтожено подобным варварским образом? «Мне отмщение, Аз воздам», – глаголет Господь (Втор. 32:35; Рим. 12:19); можно не сомневаться в том, что согрешившие против католической Традиции сполна за это расплатились.

В октябре прошлого года, когда я осматривал знаменитый бенедиктинский монастырь неподалеку от Кракова, мой экскурсовод – молодой монах – прямо сказал, что они, молодые монахи, хотели вернуть дарохранительницу на середину, служить Мессу ad orientem, получать Причастие на коленях и в уста, а старшие всему этому сопротивлялись. Это не просто «поколенческая динамика», при которой можно было бы ожидать, что каждое следующее поколение будет снова стремиться к противоположному. Нет. Это – долгожданное пробуждение от летаргического сна прогрессивного литургизма, той странной комы в промежутке между малообразованным, но благоденственным консерватизмом предсоборной эпохи и куда более сведущим, но вынужденным бороться традиционализмом времени послесоборного.

Мы много слышали и до сих пор слышим о «харизматическом движении», но никто не может объяснить, как же это оно должно вписаться в рамки католической веры, зревшей и расцветавшей в богатой чудесами жизни святых, полной аскетической трезвости и запредельной мистики, находившей свое идеальное отражение в литургических и тайносовершительных обрядах, которые они знали и любили. Подлинное харизматическое движение в Церкви в наши дни – это традиционализм, и нам давно пора перестать противиться Духу. Неплохо бы сегодняшним пастырям и пастве внять прагматичному совету Гамалиила:

Мужи Израильские! подумайте сами с собою о людях сих, что вам с ними делать. Ибо незадолго перед сим явился Февда, выдавая себя за кого-то великого, и к нему пристало около четырехсот человек; но он был убит, и все, которые слушались его, рассеялись и исчезли. После него во время переписи явился Иуда Галилеянин и увлек за собою довольно народа; но он погиб, и все, которые слушались его, рассыпались. И ныне, говорю вам, отстаньте от людей сих и оставьте их; ибо если это предприятие и это дело - от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками. (Деян. 5:35-39).

«Если это дело от Бога, то вы не сможете разрушить его». Ни одному члену Тела Христова, высокому ли или низкому, не дано в борьбе против Бога одержать победу. Традиционное движение не гибнет, а ширится. Его приверженцы действительно верят в то, что евхаристическая литургия – это источник и вершина жизни, и поступают соответственно. Те, кто противостоит этому движению, не просто обрекают себя на крах, но и идут против Бога, вдохновляющего столь глубокую приверженность средствам освящения, которые Он Сам даровал Церкви. Священная литургия и желание людей поклоняться Богу равно рождаются от Святого Духа. А мы знаем, что грех против Святого Духа – единственный, какой не может быть прощен ни в сем веке, ни в будущем.

Ставки высоки. Делайте выбор тщательно. Делайте его с прозорливостью и отвагой, как Самуил и Даниил, те, кто – «отроки – судили старцев».

Святой Бенедикт, отец западного монашества, покровитель Европы, молись за нас!

Питер Квасьневский
Первая публикация (на англ. яз.): «New Liturgical Movement», 20 марта 2017 г.

понедельник, 30 января 2017 г.

«Молчание»: очень современная история

Не играйте с дьяволом в шахматы. И в лото, и в футбол, и вообще ни во что не играйте – рогатый будет жульничать и на ходу менять правила в свою пользу, а перехитрить отца лжи вы всё равно не сумеете; выиграть у шулера можно только одним способом – отказаться играть вообще. «Vade retro, satanas», «отойди от меня, сатана» – единственный правильный ответ, сразу и без долгих разговоров. Эту простую истину, по-видимому, забыл главный герой фильма Мартина Скорцезе «Молчание», священник-иезуит Себастьян Родригес (Эндрю Гарфилд), а кое-кто еще из персонажей ее, должно быть, и не знал никогда. На протяжении всего фильма мы видим, (ВНИМАНИЕ! СПОЙЛЕРЫ!!!), как маленькими шажками человек идет к большому предательству. «А вот наступи на образ Христа», – говорит ему дьявол голосом японского чиновника. Подумаешь, это обычная формальность, при нужде можно даже истолковать обряд фуми-э как знак Господней любви и всепрощения. Наступи, и пойдешь себе спокойно, не доставляя лишних проблем ни себе, ни мне. Наступил? Молодец. Теперь плюнь на распятие и назови Пречистую Деву нехорошим словом. Тоже формальность, в общем-то – Она поймет, Ее и не так называли. (Ведь дьявол-то, он же и чиновник, знает, что ты попираешь не картинку, а веру в своем собственном сердце – он знает, а ты сам поймешь это не сразу.) Теперь давай дальше: ты ведь уже отрекся, значит, будешь других призывать к отречению. Вот так, молодец. А теперь сделаешься, мил друг, стукачом – будешь заманивать священников в ловушку, как Китидзиро (Йосукэ Кубодзука), или станешь экспертом по выявлению тех, кто ради своей, бывшей твоей, веры пойдет на пытки и казнь...

Можно сопротивляться, но – имеет ли смысл? В самом деле, что хорошего принесли миссионеры этим несчастным людям, которые теперь вынуждены жить в вечном страхе? В обществе эпохи сёгуната, где социальная граница между простолюдином и самураем, пожалуй, глубже, чем в любой европейской стране времен крепостного права, чиновников мало заботит судьба простых крестьян (оставим за скобками тот факт, что на самом деле среди христиан были и самураи вплоть до самого высокого положения, и даже князья-даймё, правившие целыми областями). С их точки зрения христианство не просто ненужно – оно опасно для всего гражданского порядка, угрожает едва ли не самим основам мироздания. Но ведь и сами священники в фильме не находят ответа на этот вопрос. Знаете, почему? Потому что, если вы заметили, такие понятия, как «посмертная участь», «спасение души», «рай» – «параисо» – звучат только из уст самих японцев.

Ана-цуруси (подвешивание вниз головой, «пытка над ямой») – мучительная казнь, изобретенная специально для христиан. Известны случаи, когда смерть не наступала в течение девяти дней. Здесь изображено длившееся 18-21 октября 1633 г. мученичество блаженного Юлиана Накауры SJ, японца-иезуита.

В романе Эндо дважды или трижды повторяется один и тот же образ (в фильм он не вошел): умирающего нельзя напоить – вода только стекает по пересохшим губам; Иисус Христос, податель воды живой, не вольет ее в уста мертвеца, и зря обвиняет Бога в молчании тот, кто сам глух. (Нельзя не вспомнить тут известный анекдот про верующего, который во время наводнения сидит на крыше и ждет, что Господь чудесным образом спасет его, отказываясь в этой связи перейти в проплывающую лодку, влезть в прилетевший за ним вертолет и т. п.; когда он, наконец, вполне закономерно тонет, то на его «предъявы» Всевышний отвечает: а кто, по-твоему, послал за тобой лодки и вертолеты? Всё это время Бог говорил с падре Родригесом голосами Своих мучеников – просто падре не слушал.)

Нас с вами Всемогущий Бог пока что милует, не подвергая даже малой доле тех испытаний, что были уготованы героям «Молчания». Нам даровано то, о чем стенал Китидзиро, жалевший, что невовремя родился: ведь живи он на несколько десятков лет раньше, так и помер бы приличным и даже почтенным христианином, не узнав собственной слабости. Но как мы обходимся с этим подарком? «Эта страна никогда не станет католической», «на этом болоте ничего не вырастет», «то, что истинно в Испании и Португалии, может быть ложно в Японии» – чьи это слова? Отступников и гонителей XVII века? Или наших современников – священников-экуменистов, без всяких пыток соглашающихся, что Католическая Церковь в России существует только для обслуживания немногочисленных нацменьшинств, а главное ее предназначение здесь – вести «диалог» с руководителями господствующего вероисповедания? Да и не только в России. Недавно вышедший из тюрьмы Огузхан Айдын, убивший в 2006 г. миссионера о. Андреа Санторо, объяснил в интервью мотивы своего поступка: священник де заявил, что «христианство – единственная истинная религия» и что в свое время «все турки станут христианами». Нет-нет, возмущенно встрепенулся апостольский викарий Анатолии, епископ-иезуит Паоло Биццети («апостольский викарий» – в том смысле, что подчиняется непосредственно Святому Престолу; апостольство здесь, как вы понимаете, ни при чем). Оказывается, приписывать священнику слова о том, что христианство – единственная истинная религия, оскорбительно для его памяти, ведь о. Андреа «был решительным противником прозелитизма». (Кстати, следите за руками: в России «прозелитизм» – это «переманивание» в католичество реальных или потенциальных чад Московского Патриархата, который-де несет историческую ответственность за крещение и просвещение русского народа; а в Турции – уже и мусульман нельзя обращать... за их крещение, по-видимому, несет ответственность исламское руководство?)

Рассказанная в «Молчании» история столь современна, что кажется вымышленной (или, точнее, списанной с натуры, но перенесенной в экзотическую эпоху). Но на самом деле в отличие от своих молодых собратьев, образы которых являются собирательными, Кристован Феррейра (Лиам Нисон) – реально существовавший человек, иезуит, под пытками отрекшийся от веры и еще долго живший в Японии в качестве переводчика, ученого и, как бы мы сейчас сказали, пропагандиста. (Еще один реальный человек в фильме – пожилой «инквизитор» Иноуэ Масасигэ (Иссэй Огата), к слову – чтобы у вас не оставалось лишних иллюзий насчет благородных язычников – поднявшийся до больших высот благодаря тому, что был любовником сёгуна Токугава Иэмицу.) Чтобы разбавить свои мрачные мысли о фильме и об окружающей нас действительности, поделюсь под конец хорошей новостью. Существуют свидетельства, что в конце своей жизни реальный Феррейра – восьмидесятилетний старик, прикованный к постели – раскаялся в отступничестве и громким голосом возвещал христианскую истину и готовность умереть за нее. Об этом стало известно губернатору, Феррейра был арестован и замучен над ямой (вероятно, 4 ноября 1650 года). Было отдано распоряжение осуществить казнь в тайне – впрочем, не обошлось без свидетелей; в дзэн-буддийском храме Кодайдзи была сделана посмертная запись, и погребение прошло на буддийском кладбище – но это могло было быть сделано по настоянию японских родственников и властей, стремившихся скрыть скандальное возвращение бывшего иезуита к запрещенной вере. Всё же мы не можем быть полностью уверены в достоверности сообщений о его покаянии; однако ничто не помешает нам молиться за упокой души Кристована Феррейры – в том числе по заступничеству множества несомненных, известных и неведомых мучеников Японии.

P. S. Общины тайных христиан (какурэ-кириситан), лишенных духовенства, непрерывно существовали в Японии вплоть до окончательной легализации христианства в 1873 году; основы вероучения и знание молитв на латинском языке передавались из поколения в поколение. В наши дни число католиков в Японии оценивается примерно в 500 тысяч (многие из них – обращенные в первом поколении), в стране служит более полутора тысяч священников, а о степени «социальной допустимости» христианства можно судить по тому факту, что три премьер-министра страны в XX-XXI вв. были католиками и еще пять – протестантами. Традиционную латинскую литургию оберегает национальная ассоциация Una Voce Japan, входящая в состав FIUV (сайт на английском и японском языках: http://uvj.jp/).

P.S.S.: Так опасен ли этот фильм для душ? Для тех, кто уже готов к отречению (по тем или иным причинам) и только ищет оправдания – да, несомненно. Скорцезе идет куда дальше, чем автор исходного романа «Молчание», японец-католик Эндо Сюсаку (1923-1996): Феррейра в исполнении Лиама Нисона вызывает скорее сочувствие – в книге он омерзителен; напротив, Родригес, в фильме проживший всю жизнь с фигой в кармане (зачеркнуто) крестиком в кулаке, но так ничем и не проявивший ту самую хваленую «веру, которая в сердце, а не в храме» – под конец книги не просто соболезнует кающемуся в очередной раз предателю Китидзиро, но и действительно отпускает ему грехи, помня, что, несмотря на собственное падение, остается священником – и ох как рискуя тем, что японец его заложит. Книга – своего рода исповедь слабого человека, ведь Эндо, принявший крещение в 11-летнем возрасте, сам временами боролся с искушением отречься. Фильм же при желании можно принять за панегирик отступничеству, ведь для культурного мейнстрима наших дней единственная приемлемая добродетель христианина – это сомнение: «герои ленты встают перед выбором между приверженностью своим догматам и правильным поступком», как ничтоже сумняшеся пишет автор какой-то американской рецензии. Однако же для зрителя (или читателя), исходно не стремящегося назвать черное белым, «Молчание» скорее может оказаться полезно, на ярком художественном примере показав, откуда берутся и к чему ведут популярные в наши дни рассуждения. А уж какую задачу ставил перед собой Мартин Скорцезе – этого я не знаю.

Олег-Михаил Мартынов

Благодарю моего товарища Евгения Розенблюма за беседу о фильме; многие использованные в заметке мысли на самом деле принадлежат ему.

пятница, 6 января 2017 г.

Провозглашение переходящих праздников на 2017 г.


Novéritis, fratres caríssimi, quod annuénte Dei misericórdia, sicut de Nativitáte Dómini nostri Jesu Christi gravísi sumus, ita et de Resurrectióne ejúsdem Salvatóris nostri gáudium vobis annuntiámus. Знайте, братья возлюбленные, что, по благодатному милосердию Божию, как отпраздновали мы Рождество Господа нашего Иисуса Христа, так и радость Того же Спасителя Воскресения возвещаем вам.
Die duodécima Februárii erit Domínica in Septuagésima. В 12-й день февраля будет воскресенье Семидесятницы.
Prima Mártii dies Cínerum, et initium jejúnii sacratíssimæ Quadragésimæ. В 1-й день марта будет день пепла и начало поста святейшей Четырехдесятницы.
Sexta décima Aprílis sanctum Pascha Dómini nostril Jesu Christi cum gáudio celebrábitis. В 16-й день апреля с радостию великою отметите вы святую Пасху Господа нашего Иисуса Христа.
Quinta vigésima Máii erit Ascénsio Dómini nostri Jesu Christi. В 25-й день мая будет Вознесение Господа нашего Иисуса Христа.
Quarta Júnii Festum Pentecóstes. В 4-й день июня – празднество Пятидесятницы.
Quinta décima ejúsdem Festum sacratíssimi Córporis Christi. В 15-й день того же месяца – празднество Тела Христова.
Tértia Decémbris Domínica prima Advéntus Dómini nostri Jesu Christi, cui est honor et glória, in sæcula sæculórum. Amen. В 3-й день декабря – первое воскресенье Адвента Господа нашего Иисуса Христа, Которому честь и слава во веки веков. Аминь.