Поиск по этому блогу

понедельник, 2 августа 2021 г.

Епископ Томас Папроцкий: «Проблема не решена, но напряженность усилилась»

«Ошибочно полагать, что те, кто посещает [традиционную латинскую Мессу], просто ностальгируют; судя по моему опыту, это совершенно не так… — говорит епископ епархии Спрингфилда, штат Иллинойс. — Всякий, кто думает, что, когда старшее поколение вымрет, латинская Месса исчезнет, не является реалистом».

После того, как Папа Франциск 16 июля опубликовал свое motu proprio «Traditionis custodies», устанавливающий ограничения на проведение традиционной латинской Мессы, ординарий епархии Спрингфилда (штат Иллинойс) Томас Папроцкий стал одним из быстро отреагировавших на это американских епископов. В декрете от 19 июля епископ Папроцкий предоставил разрешение продолжать традиционную латинскую Мессу без ограничений в двух приходах его епархии, а затем еще один декрет, позволяющий продолжать ее в третьем из 129 приходов, которые он курирует.

Епископ Папроцкий, 68 лет, родился и вырос в Чикаго, был рукоположен в сан священника Чикагской архиепархии в 1978 году. В 2003 году он стал вспомогательным епископом архиепархии, а в 2010 году стал епископом Спрингфилда. Он юрист в области канонического права и преподаватель канонического права в юридической школе Нотр-Дам.

Недавно он дал журналу Catholic World Report интервью, русский перевод которого мы предлагаем вашему вниманию.

CWR: Расскажите о Вашем опыте общения со священниками и мирянами во время Ваших визитов в приходы, в которых служится традиционная латинская Месса.

Епископ Папроцкий: Я впервые отслужил традиционную латинскую Мессу в 2010 году для латинской общины прихода святой Розы Лимской в Куинси, там служат священники Братства св. Петра. Также я отслужил еще одну в приходе святой Екатерины Дрексель в Спрингфилде. В этом приходе две церкви: в одной служат Мессу в ординарной форме на английском и испанском языках, во второй проводят Мессу в экстраординарной форме. Священники, служащие согласно экстраординарной форме, являются канониками святого Иоанна Кантия. Оба этих места привлекают людей, испытывающих симпатию к экстраординарной форме Мессы; они ценят латынь и чувство мистицизма, которое они переживают. Однако ни в одном из этих мест я не встречал людей, ощущающих чувство превосходства над остальной Церковью или отвергающих Второй Ватиканский Собор.

CWR: Вы упомянули в своем декрете, что, по Вашему мнению, традиционные латинские Мессы содействуют духовному благу епархии.

Епископ Папроцкий: Да. Мы должны помнить, что даже в ординарной форме существует разнообразие литургических форм. В одном приходе вы можете увидеть Мессу в сопровождении народной музыки, с гитарами, барабанами и другими современными инструментами, а в другом вы можете найти орган и хор, поющий традиционные гимны. В нашем современном мире люди мобильны. Если им не нравится то, что они находят в одной церкви, они легко могут перейти в другую.

Экстраординарная форма — это другой стиль. Я часто задавался вопросом, что в ней привлекает людей? Нравится им сам Тридентский обряд или же сопутствующие ему элементы, такие как каждение ладана, григорианское пение и архитектурный стиль? Когда я был в Чикаго, у меня была возможность раз в месяц посещать ординарную форму Мессы на латыни в церкви святого Иоанна Кантия, в которой было много элементов Тридентского обряда, включая латынь, служение мессы adorientem и прекрасное григорианское пение.

CWR: Вы опубликовали свой декрет сразу после публикации «Traditionis custodies». Было ли этот motu proprio чем-то, чего Вы ожидали, или стало неожиданностью? И почему Вы так быстро отреагировали на него?

Епископ Папроцкий: Это действительно стало неожиданностью. Я услышал о нем от одного из священников в моей епархии, который служит Мессу в экстраординарной форме. Он прислал мне электронное письмо с вопросом, как это может на него повлиять, и добавил ссылку на службу новостей Ватикана, где было сделано объявление о motu proprio.

Я подумал, что способ, которым был осуществлена публикация motu proprio, был неудачным. Документ сообщал епархиальным епископам, что в их обязанности входит регулирование экстраординарной формы Мессы. Я был бы признателен, если бы меня об этом заранее предупредили.

Я узнал об этом в пятницу, а свой декрет издал в понедельник. Сначала мне показалось, что я слишком задержался с ответом, так как были епископы, выступившие с заявлениями по этому поводу в субботу и воскресенье. Однако у меня была возможность обдумать все с канонической точки зрения в течение нескольких дней. Одна из причин, по которой я ответил в понедельник, заключается в том, что все это время я получал запросы, например, от уже упомянутого мной священника, с вопросом: «Как это отразится на мне?»

В частности, в motu proprio было одно положение (ст. 2 § 3), в котором говорится, что епископ должен определить «одно или несколько мест, где верные — приверженцы этих групп могут собираться для евхаристического священнопразднования (однако не в приходских церквях и без создания новых персональных приходов)». (Курсив наш — CWR.)

Я уже говорил о том, что в приходских церквях святой Розы и святой Екатерины служится Месса в экстраординарной форме. Тамошние священники хотели быть послушными и спрашивали, что им делать. Один из них написал мне по электронной почте в пятницу и сообщил, что на следующее утро у него запланирована экстраординарная Месса.

Обычно, когда принимается новый закон, дается период времени (около месяца), в течение которого людей информируют о законе и вносят коррективы. Это же motu proprio вступило в силу немедленно, а у наших священников были назначены экстраординарные Мессы на следующий день и в воскресенье. Я сказал им, чтобы они продолжали, и в понедельник издал декрет, выдающий разрешение на служение Мессы в будущем. Такого в американском праве нет. Но законы Церкви основаны на европейском праве, допускающем такое разрешение в особых случаях. Это motu proprio затронуло сначала два наших прихода, затем третий, для которого я издал отдельный декрет. Эти декреты — не вопиющее пренебрежение к motu proprio, а разрешение, которое позволяет нам продолжать то, что мы делали.

Некоторые части motu proprio сбивают с толку. У нас есть ст. 2 § 3, который я только что процитировал, а еще у нас есть ст. 2 § 5, в котором говорится: «Пусть [епископ] приступит к соответствующей проверке того, что персональные приходы, канонично созданные для блага этих верных, действенны для их духовного роста, и оценит, сохранять эти приходы или нет».

Если я уполномочен служить Мессы в экстраординарной форме, то где их служить, если не в приходских церквях? Не думаю, что Святой Отец намерен выгнать людей из церквей и заставить их служить Мессу в спортзале или приходской трапезной, или чтобы мы переделывали церкви в святилища или молельни. Я просто стараюсь как можно эффективнее согласовать эти пункты.

CWR: Благодарны ли общины традиционной латинской Мессы за Ваш декрет?

Епископ Папроцкий: Да. Они были очень рады получить известие о том, что их Мессы продолжатся, как и прежде.

CWR: Поскольку у Вас было время прочитать «Traditionisсustodes» и размыслить о нем, что Вы обо всем этом думаете?

Епископ Папроцкий: Я говорил об этом со многими людьми. Тот, кто посоветовал Святому Отцу это motu proprio, дал ему плохой совет. Как канонический юрист, преподающий в юридической школе Нотр-Дам, я могу сказать, что этот документ составлен плохо.

Я также считаю, что существует неправильное понимание того, о чем думают люди, посещающие экстраординарные Мессы. Насколько мне известно, они не отвергают Второй Ватиканский Собор или правомерность Нового Чина Мессы.

Хотелось бы отметить, что существует разница между признанием действительности Второго Ватиканского Собора и убеждением в том, что он не достиг своих целей. Стивен Булливант (Stephen Bullivant), профессор теологии и социологии религии Университета Святой Марии в Лондоне, написал в 2019 году книгу «Массовый исход» – социологический анализ Второго Ватиканского Собора. Этот молодой человек, 30-ти лет, не испытывающий чувства ностальгии, сказал: если целью Второго Ватиканского Собора было привлечь больше людей в Церковь и возродить католическую веру, то он этого не сделал. Если вы посмотрите на число людей, посещающих Мессу сегодня, по сравнению с тем, что было до Собора, то их число резко сократилось; если вы посмотрите на число людей, заинтересованных в том, чтобы последовать призванию к священству или монашеской жизни сегодня по сравнению с тем временем, то их число резко сократилось. Он приходит к выводу, что Второй Ватиканский Собор не достиг своих целей. Однако это совсем не то же самое, что сказать, что сам Собор был недействительным. Если вы перечитаете документы Второго Ватиканского Собора, то найдете там много того, что мы должны были сделать, но, к сожалению, не сделали.

Я также хотел бы отметить, что многие из тех, кого привлекает Месса по Миссалу 1962 года, обычно молоды. Ошибочно полагать, что посещающие ее люди просто ностальгируют; судя по моему опыту, это совершенно не так. Многие из пожилых людей, переживших Собор, пошли дальше и хорошо относятся к Новой Мессе, в то время как молодежь открывает для себя старую литургию. Всякий, кто думает, что, когда старшее поколение вымрет, латинская Месса исчезнет, не является реалистом.

CWR: Публикуя motu proprio, Святой Отец упомянул, что Рим опросил епископов по всему миру относительно традиционной латинской Мессы. Были ли Вы одним из опрошенных епископов?

Епископ Папроцкий: Я не помню, чтобы получал этот опросник. Святой Отец ссылался на этот факт при выпуске motu proprio, поэтому мне было любопытно проверить всё самому. Я просмотрел веб-сайт Конференции католических епископов США и нашел там опрос, датированный апрелем 2020 года. Но я лично не получал ни по обычной, ни по электронной почте ничего, что привлекло бы мое внимание к нему. Вам на самом деле нужно очень активно следить за веб-сайтом конференции, чтобы заметить этот опрос. Кроме того, в то время у нас уже было много проблем с начавшимся COVID. У Ватикана и конференции есть возможность отправлять информацию непосредственно епископам, и, если происходит что-то важное, обращать на это наше внимание. Так что я опрос не видел и не проходил.

CWR: Как Вы думаете, что побудило выпустить motu proprio именно сейчас, несмотря на все трудности, с которыми сталкивается Церковь, включая проблемы, вызванные пандемией?

Епископ Папроцкий: Я не знаю, и у меня нет никакого представления о том, почему выбрали именно это время.

CWR: Как Вы думаете, какое влияние это motu proprio окажет на тех, кто посещает традиционную латинскую Мессу, и на Церковь в целом в ближайшие месяцы и годы?

Епископ Папроцкий: Я считаю, что долгосрочной целью как Папы Бенедикта, так и Папы Франциска было создание единого обряда или формы в Латинской Церкви, но у них разное видение того, как этого можно добиться. Папа Бенедикт поставил две формы на параллельные пути, в надежде, что когда-нибудь следующий Папа объединит их в одну. Подход Папы Франциска состоит в том, чтобы ограничить традиционную латинскую Мессу в надежде, что однажды она исчезнет. Однако я не думаю, что она исчезнет.

Проблему не решили, но напряженность усилилась. Если бы motu proprio не было выпущено, традиционная латинская Месса продолжалась бы спокойно, но теперь она вышла на первый план.


перевод: Ирина Бандурист, Una Voce Russia

Комментариев нет: