Поиск по этому блогу

среда, 28 июля 2021 г.

ПРЕДАННАЯ ТРАДИЦИЯ: Епископ Афанасий Шнайдер о motu proprio Папы Франциска «Traditionis custodes»

В своем первом вышедшем в печати интервью после выхода нового указа Папы Франциска, ограничивающего традиционную латинскую Мессу, «Traditionis custodes», епископ Афанасий Шнайдер сказал, что этот документ «унижает» тысячелетнюю литургию Римского обряда, совершает «несправедливость» против католиков, которые ее придерживаются, и создает «двухклассовое общество» в Церкви.

«Привилегированные представители „первого класса“— это те, кто придерживается реформированной литургии, то есть Novus Ordo. А католиками „второго сорта“, к которым теперь вряд ли будут терпимы, становится большое количество католических семей, детей, молодежи и священников, которые в последние десятилетия выросли в традиционной литургии и с большой духовной пользой познали реальность и тайну Церкви».

Епископ также утверждает, что «поразительно ограниченное отношение» и «пренебрежительный тон», продемонстрированные в motu proprio и сопроводительном письме, «резко контрастируют» не только с основными принципами нынешнего понтификата, но и противоречат «соборному» требованию «открытости многообразию» и отказа от литургического «единообразия».

В этом эксклюзивном интервью епископ Афанасий Шнайдер, вспомогательный епископ Астаны (Казахстан), обсуждает свои основные опасения по поводу данного документа, дает совет семинаристам и молодым священникам, которые опасаются, что им может быть запрещено совершать традиционную Мессу, и обращается к заявлению Папы Франциска о том, что выбранный им курс аналогичен тому, который был предпринят Папой св. Пием V.

Он также защищает католиков, посещающих традиционную Мессу, от представленных в документе, по его мнению, несправедливых обвинений в том, что они сеют раскол и отрицают Второй Ватиканский Собор. По словам епископа, «значительная часть» молодых католиков и католических семей, посещающих традиционную Мессу, «держится подальше» от дискуссий о Втором Ватиканском Соборе и церковной политике. «Они просто хотят поклоняться Богу в литургической форме, через которую Бог коснулся и преобразил их сердца и жизни».

Епископ Шнайдер также хвалит своих братьев-епископов, поддержавших верующих в ответ на новые меры, и высказывает свое убеждение в том, что новый указ в конечном итоге будет иметь «эффект бумеранга». «Непрерывный рост» традиционной Мессы по всему миру, по его словам, «несомненно, работа Святого Духа и истинный знак нашего времени».

Поэтому он призывает Папу Франциска и тех, кому поручено исполнение новых мер, прислушаться к «мудрому совету» Гамалиила преследователям первых христиан (Деян. 5:38-39): «чтобы вам не оказаться и богопротивниками».

Интервью с епископом Афанасием Шнайдером было опубликовано на сайте журнала «Remnant» на английском языке. Предлагаем вниманию наших читателей его русский перевод.

ПРЕДАННАЯ ТРАДИЦИЯ: Епископ Афанасий Шнайдер беседует с Дианой Монтанья о новом motu proprio Папы Франциска «Traditionis custodes»

Диана Монтанья: Ваше Преосвященство, новое апостольское послание Папы Франциска, motu proprio, опубликованное 16 июля 2021 года, называется «Traditionis custodes» («Хранители традиции»). Каковы были Ваши первые впечатления от выбора этого названия?

Епископ Шнайдер: Моим первым впечатлением был пастух, который вместо того, чтобы почувствовать запах своих овец, со злостью бьет их палкой.

Каковы Ваши общие впечатления от motu proprio и сопроводительного письма Папы Франциска к епископам мира, в котором он объясняет свои аргументы в пользу ограничения традиционной латинской Мессы?

В своем программном апостольском обращении «Evangelii gaudium» Папа Франциск выступает в поддержку «определенных качеств, помогающих лучше понять благовестие: доступность, открытость диалогу, терпение и сердечное радушие без осуждения» (п. 165). Однако при чтении нового motu proprio и сопроводительного письма складывается противоположное впечатление, а именно — что документ в целом демонстрирует пастырскую нетерпимость и даже духовную жесткость. motu proprio и сопроводительное письмо демонстрируют осуждающий и неприветливый тон. В документе о человеческом братстве (подписанном в Абу-Даби 4 февраля 2019 года) Папа Франциск признает «разнообразие религий», в то время как в своем новом motu proprio он решительно отвергает разнообразие литургических форм в Римском обряде.

Какой разительный контраст представляет этот motu proprio в сравнении с основными принципами понтификата Папы Франциска — открытостью и преимущественной любовью к меньшинствам, а также к тем, кто находится на периферии жизни Церкви. Какую поразительно узколобую позицию можно обнаружить в этом motu proprio, в отличие от собственных слов Папы Франциска: «Мы знаем, что различными способами испытываем искушение принять логику привилегий, которая разделяет, исключает и закрывает нас, в то же время отделяя, исключая и закрывая мечты и жизни стольких наших братьев и сестер». (Проповедь на вечерне 31 декабря 2016 г.) Новые нормы motu proprio унижают тысячелетнюю форму lex orandi Римской Церкви, одновременно закрывая «мечты и жизни стольких» католических семей, а особенно молодежи и молодых священников, чья духовная жизнь и любовь ко Христу и Церкви выросли и получили значительную пользу от традиционной формы Святой Мессы.

Motu proprio устанавливает принцип редкой литургической исключительности, заявляя, что новые обнародованные литургические книги являются единственным [unica] выражением lex orandi Римского обряда (ст. 1). Как контрастирует эта позиция и со словами Папы Франциска: «Это правда, что Святой Дух порождает в Церкви различные харизмы, которые на первый взгляд могут показаться беспорядочными. Однако под его руководством они составляют огромное богатство, потому что Святой Дух — это Дух единства, что не то же самое, что единообразие» (проповедь Папы Франциска в католическом соборе Святого Духа, Стамбул, суббота, 29 ноября 2014 г.)

Что Вас больше всего беспокоит в связи с новым документом?

Как епископ я больше всего обеспокоен тем, что вместо того, чтобы способствовать большему единству путем сосуществования различных аутентичных литургических форм, motu proprio создает в Церкви «двухклассовое» общество: католиков «первого класса» и католиков «второго сорта». Привилегированные представители «первого класса» — это те, кто придерживается реформированной литургии, то есть Novus Ordo. А католиками «второго сорта», которых с трудом терпят, становится большое количество католических семей, детей, молодежи и священников, которые в последние десятилетия выросли в традиционной литургии и с большой духовной пользой познали реальность и тайну Церкви благодаря литургической форме, которую предыдущие поколения считали священной, которая сформировала так много святых и выдающихся католиков на протяжении всей истории.

Motu proprio и сопроводительное письмо несправедливы по отношению ко всем католикам, которые придерживаются традиционной литургической формы, обвиняя их в расколе и в отвержении Второго Ватиканского Собора. На самом деле значительная часть этих католиков старается держаться подальше от доктринальных дискуссий, касающихся этого Собора, нового чина Мессы (Novus Ordo Missae) и других проблем, связанных с церковной политикой. Они просто хотят поклоняться Богу в литургической форме, через которую Бог коснулся их сердец и жизни и преобразил их. Приведенный в motu proprio и сопроводительном письме аргумент о том, что традиционная литургия порождает раскол и угрожает единству Церкви, опровергается фактами. Более того, пренебрежительный тон этих документов по отношению к традиционной литургии приводит беспристрастного наблюдателя к выводу о том, что данные аргументы являются всего лишь предлогом и уловкой, и здесь замешано что-то еще.

Насколько убедительным Вы находите сравнение папы Франциска (в его сопроводительном письме епископам) между его новыми мерами и мерами, принятыми святым Пием V в 1570 году?

Время Второго Ватиканского Собора и так называемой «соборной» Церкви отличалось открытостью к многообразию, принятию духовных ценностей и местных литургических форм, вкупе с отказом от принципа единообразия в литургической практике Церкви. На протяжении всей истории истинным пастырским отношением была терпимость и уважение к многообразию литургических форм, при условии, что они выражают целостность католической веры, достоинство и святость ритуальных форм и приносят истинные духовные плоды в жизни верных. В прошлом Римская Церковь признала это многообразие в своем lex orandi. В апостольской конституции, провозглашающей Тридентскую литургию, «Quo primum» (1570 г.), Папа Пий V, одобрив все литургические формы в Римской Церкви, которым более двухсот лет, признал их равнозначным и законным выражением lex orandi Римской Церкви. В этой булле Папа Пий V заявил, что он никоим образом не отменяет другие законные литургические формы в Римской Церкви. Литургическая форма в Римской Церкви, действовавшая до реформы Павла VI, не возникла при Пие V, а оставалась без существенных изменений в течение столетий, предшествовавших Тридентскому Собору. Первое печатное издание Missale Romanum относится к 1470 году, то есть за сто лет до Миссала, опубликованного Пием V. Чин Мессы в обоих Миссалах почти идентичен; основная разница заключается во второстепенных элементах, таких как календарь, количество префаций и более точные нормы рубрик.

Новое motu proprio Папы Франциска также вызывает сильное беспокойство явной дискриминацией в отношении почти тысячелетней литургической формы Римско-Католической Церкви. Церковь никогда не отвергала того, что на протяжении многих веков являлось выражением святости, доктринальной точности и духовного богатства, и возвеличивалось многими Папами, великими теологами (например, святым Фомой Аквинским) и многочисленными святыми. Народы Западной и частично Восточной Европы, Северной и Южной Европы, Америки, Африки и Азии были евангелизированы и доктринально и духовно сформированы посредством традиционного Римского обряда. И все эти народы обрели в нем свою духовную и литургическую отчизну. Папа Иоанн Павел II подал пример искренней оценки традиционной формы Мессы, сказав: «В Римском Миссале святого Пия V, как и в различных восточных литургиях, есть прекрасные молитвы, с помощью которых священник выражает глубочайшее чувство смирения и благоговения перед Святыми Тайнами: они раскрывают саму суть любой литургии». (Послание участникам пленарного собрания Конгрегации богослужения и дисциплины таинств, 21 сентября 2001 г.)

Выражать сейчас презрение к этой литургической форме, называть ее «раскольнической» и опасной для единства Церкви, а также издавать нормы, направленные на то, чтобы эта форма со временем исчезла, — значит идти против истинного духа Церкви всех веков. Нормы, закрепленные в motu proprio Папы Франциска, направлены на то, чтобы безжалостно вырвать из душ и жизней множества католиков традиционную литургию, которая сама по себе священна и является их духовной родиной. Благодаря этому motu proprio современные католики, воспитанные и духовно сформированные традиционной литургией Святой Матери-Церкви, больше не станут воспринимать Церковь как мать, а скорее как «мачеху», что полностью соответствует описанию, данному Папой Франциском: «Мать, которая критикует, которая плохо отзывается о своих детях, не является матерью! Кажется, по-итальянски говорится matrigna, „мачеха“... Она не мать». (Обращение к монашествующим мужчинам и женщинам Римской епархии, 16 мая 2015 г.)

Апостольское послание Папы Франциска было опубликовано в праздник Божьей Матери Кармельской, покровительницы кармелитов (например, св. Терезы из Лизье), которые молятся преимущественно за священников. В свете новых мер, что бы Вы сказали тем епархиальным семинаристам и молодым священникам, которые надеялись служить традиционную латинскую Мессу?

Кардинал Йозеф Ратцингер, рассуждая об ограниченности полномочий Папы Римского в отношении литургии, привел такое поучительное объяснение: «Папа — не абсолютный монарх, воля которого является законом; скорее, он хранитель подлинной Традиции и, следовательно, главный гарант послушания. Он не может поступать так, как ему нравится, и поэтому способен противостоять людям, которые, со своей стороны, желают делать все, что им взбредет в голову. Его правление — это не власть произвола, а послушание в вере.Вот поэтому в отношении Литургии он скорее садовник, а не техник, строящий новые машины и выбрасывающий старые на свалку. „Обряд“— созревшая в вере и жизни Церкви форма богослужения и молитвы — это сжатая модель живой Традиции, в которой круг лиц, использующих этот обряд, проявляет всю свою веру и свою молитву. И это значит, что одновременное общение поколений друг с другом становится чем-то, что мы можем почувствовать в соприкосновении с людьми, которые молятся до нас и после нас. Таким образом, обряд — это то благо, которое дается Церкви, живая форма Предания, передача Традиции». (Предисловие к книге дом Алкуина Рида «Внутреннее развитие Литургии. Принципы литургической реформы и их связь с литургическим движением XX века до Второго Ватиканского Собора» (Сан-Франциско, 2004).

Традиционная Месса — это сокровище, принадлежащее всей Церкви. Она совершается, глубоко почитается и любима священниками и святыми по меньшей мере тысячу лет. На самом деле традиционная форма Мессы оставалась практически идентичной на протяжении веков и до публикации Миссала Папы Пия V в 1570 году. Почти тысячелетнее подлинное и высокочтимое литургическое сокровище не является частной собственностью Папы, которой он может свободно распоряжаться. Поэтому семинаристы и молодые священники должны просить о праве использовать это общее сокровище Церкви, и, если им будет отказано в этом праве, они, тем не менее, могут использовать его, возможно, тайно. Это станет не актом неповиновения, а скорее послушанием Святой Матери Церкви, даровавшей нам это литургическое сокровище.

Ваше Высокопреосвященство, какое впечатление сложилось у Вас на данный момент относительно внедрения «Traditionis custodes»?

В короткий срок, в течение нескольких дней епархиальные епископы и даже целая епископская конференция уже начали систематическое подавление любого служения традиционной формы Святой Мессы. Эти новые «литургические инквизиторы» продемонстрировали поразительно жесткий клерикализм, подобный тому, который описал и оплакал Папа Франциск, сказав: «В Церкви царит ощутимый дух клерикализма: священнослужители чувствуют свое превосходство, священнослужители отворачиваются от людей, священнослужители всегда говорят: „Это делается вот так, вот так, вот так, и подите прочь!“» (Ежедневные размышления на Святой Мессе от 13 декабря 2016 г.)

Анти-традиционное motu proprio Папы Франциска имеет некоторое сходство с судьбоносными и чрезвычайно жесткими литургическими решениями, принятыми Русской Православной Церковью при Патриархе Московском Никоне в период с 1652 по 1666 год. В конечном итоге эти решения привели к длительному расколу, известному как «старообрядчество», сохранившему дореформенные литургические и ритуальные практики Русской Церкви. Сопротивлявшиеся приспособлению русского благочестия к современным формам греческого православного богослужения старообрядцы были преданы анафеме вместе со своими обрядами на Соборе 1666-1667 годов. Это привело к разделению между старообрядцами и теми, кто последовал за государственной Церковью в ее осуждении старого обряда. Сегодня Русская Православная Церковь сожалеет о резких решениях Патриарха Никона, ибо если бы нормы, которые он применял, были действительно пастырскими и позволяли использовать старый обряд, не было бы многовекового раскола со многими ненужными и жестокими страданиями.

На сегодняшний день мы являемся свидетелями все большего числа служений Святой Мессы, ставших платформой для пропаганды греховного образа жизни гомосексуализма — так называемых «ЛГБТ-Месс», выражение, само по себе уже являющееся богохульством. Такие Мессы допускаются Святым Престолом и многими епископами. Экстренно необходимо motu proprio со строгими нормами, запрещающими практику таких «ЛГБТ-Месс», поскольку они оскорбляют божественное величие, являются соблазном для верующих (малых сих) и несправедливостью по отношению к сексуально активным гомосексуальным особам, которые такими литургическими служениями утверждаются в своих грехах и чье вечное спасение, таким образом, подвергается опасности.

И все же ряд епископов, особенно в Соединенных Штатах, но также и в других местах, например — во Франции, поддержал верующих своей епархии, приверженных традиционной латинской Мессе. Что бы Вы сказали, чтобы воодушевить ваших собратьев-епископов? И как должны относиться верующие к своим епископам, многие из которых сами были удивлены этим документом?

Эти епископы проявили истинное апостольское и пастырское отношение, будучи «пастырями с запахом овец». Я хотел бы призвать этих и многих других епископов продолжать придерживаться такого благородного пастырского отношения. Пусть ни похвалы людей, ни страх перед людьми не движут ими, но только вящая слава Божья и бо́льшая духовная польза душам и их вечное спасение. Со своей стороны, верующие должны проявлять по отношению к таким епископам благодарность, сыновнее уважение и любовь.

Как Вы думаете, какой эффект будет иметь motu proprio?

Новое motu proprio папы Франциска в конечном счете представляет собой «пиррову победу» и будет иметь эффект бумеранга. Многие католические семьи и постоянно растущее число молодежи и священников, особенно молодых священников, участвующих в традиционной Мессе, не смогут позволить насилие над их совестью столь радикальным административным актом. Говорить таким верующим и священникам, что они должны просто подчиняться этим нормам, в конечном счете не срабатывает, потому что они понимают: призыв к послушанию теряет свою силу, если цель состоит в том, чтобы подавить традиционную форму литургии, великое литургическое сокровище Римской Церкви.

Mass in a Connemara Cabin by Aloysius O’Kelly (1883). На картине изображено тайное богослужение, совершающееся в хижине в ирландской деревушке во времена так называемых Penal Laws — карательных законов, с помощью которых  британские власти стремились утвердить статус англиканства как государственной религии, преследуя католиков.

Со временем, несомненно, возникнет всемирная цепь катакомбных Месс, как это всегда происходит во времена чрезвычайных ситуаций и преследований. Может быть, мы станем свидетелями эпохи тайных традиционных Месс, подобных той, которую так впечатляюще изобразил Алоизиус О'Келли в своей картине «Месса в Коннемаре (Ирландия) во времена карательных законов». Или, возможно, мы переживем пору, подобную той, которую описал святой Василий Великий, — то была пора, когда в IV веке традиционные католики подвергались преследованиям со стороны либерального арианского епископата. Святой Василий писал: «Молчат уста благочестивых, развязан всякий хульный язык, святое осквернено; здравомыслящие в народе бегут от молитвенных домов как от училищ нечестия и по пустыням со стенаниями и слезами подъемлют руки к Небесному Владыке. Конечно, и до вас достигло, что делается в большей части городов: народ с женами, детьми и даже старцами вне городских стен, под открытым небом совершают молитвы, с великим терпением перенося страдания от воздушных перемен и ожидая себе помощи от Господа». (Письмо 88 (92)).

Поразительное, гармоничное и совершенно стихийное распространение и непрерывный рост традиционной формы Мессы почти в каждой стране мира, даже в самых отдаленных краях, несомненно, является делом Святого Духа и истинным знамением нашего времени. Эта форма литургического служения приносит истинные духовные плоды, особенно в жизни молодежи и новообращенных в Католическую Церковь, поскольку многие из последних были привлечены к католической вере именно сияющей силой этого сокровища Церкви. Папа Франциск и другие епископы, которые будут исполнять его motu proprio, должны серьезно обдумать мудрый совет Гамалиила и спросить себя, не борются ли они на самом деле против дела Божьего: «И ныне говорю вам, отстаньте от людей сих и оставьте их; ибо, если это предприятие или это дело от человеков – то оно разрушится; а если от Бога, то вы не сможете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками!» (Деян. 5:38-39). Пусть Папа Франциск пересмотрит, в свете вечности, свой радикальный и трагический поступок, и мужественно и смиренно откажется от этого нового motu proprio, вспомнив свои собственные слова: «Поистине, Церковь демонстрирует свою верность Святому Духу в той мере, в какой она не пытается контролировать или укротить Его». (Проповедь в католическом соборе Святого Духа, Стамбул, суббота, 29 ноября 2014 г.)

Сейчас многие католические семьи, молодежь и священники на всех континентах плачут из-за того, что Папа — их духовный отец — лишил их духовной пищи традиционной Мессы, которая так сильно укрепляла их веру и любовь к Богу, Святой Матери Церкви и Апостольскому Престолу. Они могут на какое-то время «[выйти] сеять в слезах, но с радостью пожнут» (Псалом 126:6).

Эти семьи, молодежь и священники могли бы обратиться к Папе Франциску с такими или подобными словами: «Святейший Отец, верните нам это великое литургическое сокровище Церкви. Не относитесь к нам как к детям второго сорта. Не оскорбляйте нашу совесть принуждением к единой и исключительной литургической форме, Вы, кто всегда провозглашал всему миру необходимость разнообразия, пастырского сопровождения и уважения к совести, — не слушайте тех представителей жесткого клерикализма, которые посоветовали вам совершить такое немилосердное действие. Будьте истинным отцом семейства, который „выносит из сокровищницы своей новое и старое“ (Мф. 13:52). Если Вы услышите наш голос, в день Вашего суда перед Богом мы станем Вашими лучшими заступниками».

перевод: Ирина Бандурист, Una Voce Russia

Комментариев нет: