Пока еще не поздно!

Призыв кардинала Робера Сара к единству

«„Ты — Христос, Сын Бога Живого“ (Мф. 16:16). Этими словами Петр, которого вместе с другими учениками Учитель вопрошал о вере в Него, им исповедуемой, выражает в сжатом виде то наследие, которое Церковь через апостольское преемство хранила, углубляла и передавала на протяжении двух тысяч лет. Иисус есть Христос, Сын Бога Живого — то есть единственный Спаситель». Эти слова, столь ясные и столь сильные, сказанные о вере Петра Папой Львом XIV на следующий день после его избрания, до сих пор звучат в моей душе. Так подытоживает Святой Отец тайну веры, которую епископы как преемники апостолов никогда не должны переставать провозглашать и напоминать. Христос — не только наш единственный Спаситель; Он — наше единственное спасение. Имя Его — единственное, которым мы можем быть спасены.

Но где можем мы найти Иисуса Христа, единственного Искупителя? Святой Августин отвечает нам со всей ясностью: «Где Церковь, там и Христос». Мы знаем, что вне Церкви нет спасения. Вот почему наша забота о спасении душ выражается в постоянном нашем попечении о том, чтобы привести их к единственному источнику: Христу, Который отдает Себя в Церкви и через Церковь.

Церковь есть, таким образом, место веры, то место, где вера передается, и то место, где через крещение человек погружается в Пасхальную тайну Страстей, Смерти и Воскресения Христа. Эта тайна освобождает нас из темницы греха и от всех наших разделений и вводит в общение Триединого Бога. В единой Церкви существует центр, необходимая точка отсчета: Римская Церковь, управляемая Преемником Петра, «первого из Двенадцати».

Второй Ватиканский собор в своей Догматической конституции о Церкви «Lumen Gentium» провозглашает:

«Апостолы же, проповедуя повсюду Евангелие (ср. Мк. 16:20), принимаемое слушающими под действием Святого Духа, собирают вселенскую Церковь, которую Господь утвердил на основании Апостолов и воздвиг на блаженном Петре, их Начальнике, имея краеугольным камнем Самого Иисуса Христа (ср. Откр. 21:14; Мф. 16:18; Еф. 2:20). (LG 19).

Эта формулировка непосредственно передает мысль Иисуса, как бы запечатленную в самих именах «Кифы» и Двенадцати, учитывая глубину их библейских созвучий. Симон Петр, который уже занимает в Евангелии первенствующее положение среди Двенадцати, приносит Воскресшему рыбу из своей сети. Затем Иисус торжественно вверяет ему пастырство над Своим стадом. Церковь едина. Она — Церковь, которую Христос вверил Петру и Двенадцати. В самом деле, Церковь есть, по существу, согласно выражению Марка и Луки, «Петр и те, кто с ним» (ср. Мк. 1:36; Лк. 9:32). Первенство, таким образом, дано Петру, и потому можно видеть одну единственную Церковь и один единственный Престол… Может ли тот, кто покидает Престол Петра, все еще утверждать, что находится в Церкви Христовой?

По этой причине я, узнав, что Священническое братство св. Пия X, основанное архиепископом Лефевром, объявило о намерении провести епископские рукоположения без папского мандата, хочу выразить свою серьезную озабоченность и глубокую скорбь.

Нам говорят, что это решение не подчиниться закону Церкви мотивировано высшим законом спасения душ: suprema lex, salus animarum. Но спасение — это Христос, а Он дает Себя только в Церкви. Как можно утверждать, что ведешь души ко спасению путями, отличными от тех, которые Он Сам указал нам? Действительно ли желать спасения душ — значит, возможно, необратимым образом разрывать Мистическое Тело Христово? Сколько душ рискуют быть потерянными из-за этого нового разрыва в нешвенной ризе Церкви?

Нам говорят, что этот акт задуман как защита Традиции и целостности Залога веры. Я слишком хорошо знаю, как порою презирают Залог веры даже те, чья миссия — защищать его. Несомненно, сегодня мы должны бы более живо сознавать, что в жизни Церкви существует непрерывная преемственность — в провозглашении Бога, в совершении таинств, — которая достигает нас и которую мы называем Традицией. Она нам гарантирует, что то, во что мы веруем, есть изначальная Христова весть, проповеданная апостолами. Ядро изначальной проповеди — это событие Страстей, Смерти и Воскресения Господа Иисуса, из которого проистекает все наследие веры. Таким образом, в то время как Священное Писание содержит Слово Божие, Традиция Церкви сохраняет и верно и полностью передает его, чтобы люди всякой эпохи могли иметь доступ к его необъятным богатствам и обогащаться его сокровищами. Так «в своем вероучении, своей жизни и своем служении Церковь увековечивает и передает каждому поколению все, что она сама есть, все, во что она верует» (DV 8).

Но я также знаю и твердо верю, что в сердце католической веры лежит наша миссия следовать за Христом, Который стал послушным даже до смерти, и смерти крестной. Можно ли действительно обойтись без того, чтобы следовать за Христом в Его смирении, даже до Креста? Не является ли предательством Традиции искать убежище в чисто человеческих средствах ради сохранения наших дел, даже если они и благие?

Наша сверхъестественная вера в непреходимость Церкви может побудить нас сказать вместе со Христом: «Душа Моя скорбит смертельно» (Мф. 26:38), — когда мы видим предательство и малодушие всё большего числа высокопоставленных прелатов, учащих не Залогу веры, а своим собственным мнениям и своему личному ви́дению в вопросах вероучения и нравственности. Но она никогда не может привести нас к отказу от послушания Церкви. Святая Екатерина Сиенская, которая не колебалась обличать кардиналов и даже Папу, заявляет: «Всегда повинуйтесь пастырю Церкви, ибо он — наставник, которого Христос установил, чтобы вести души к Себе». Благо душ никогда не может быть достигнуто намеренным непослушанием, ибо благо душ есть реалия сверхъестественная. Не будем сводить спасение к мирской игре медийного давления.

Кто даст нам уверенность в том, что мы действительно находимся в контакте с источником спасения? Кто гарантирует нам, что мы не приняли собственное мнение за истину? Кто защитит нас от субъективизма? Кто заверит нас в том, что мы все еще питаемся единой Традицией, которая приходит к нам от Христа? Кто гарантирует, что мы не бежим впереди Провидения, а следуем Ему, позволяя себе руководствоваться Его побуждениями? На эти мучительные вопросы есть только один ответ — ответ, данный Христом Апостолам: «Слушающий вас Меня слушает. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Лк. 10:16; Ин. 20:23). Как можно взять на себя ответственность за то, чтобы дистанцироваться от этой единственной уверенности? Нам говорят, что это делается в верности предшествующему Магистериуму, — но кто нам может это гарантировать, кроме самого Преемника Петра? Речь здесь идет о вере. Этот вопрос встает перед всеми теми, кто оспаривает догматы и нравственность во имя модных идеологий. Встает он также и перед теми, кто утверждает, что защищает Традицию.

«Тот, кто повинуется Папе, представителю Христа на земле, не будет отделен от Крови Сына Божия», — сказала святая Екатерина Сиенская. Речь не о мирской или идеологической верности человеку и его личным идеям. Речь не о том, чтобы быть приверженцами человека. Речь не о паполатрии или о культе личности вокруг Папы. Речь не о том, чтобы повиноваться Папе, когда он выражает свои личные идеи, мнения или идеологические позиции по серьезным вероучительным и нравственным вопросам. Речь идет о том, чтобы повиноваться Папе, который говорит, как Иисус: «Мое учение — не Мое, но Пославшего Меня» (Ин. 7:16). Речь идет о сверхъестественном понимании канонического послушания, которое гарантирует нашу связь с Самим Христом. Это единственная гарантия того, что наша борьба за веру, католическую нравственность и литургическую традицию не уклонится в идеологию. Христос не дал нам иного верного знака. Покинуть Ладью Петра и обустроиться автономно, замкнутым кругом наподобие секты, — значит предать себя волнам бури.

Я прекрасно знаю, что часто даже внутри самой Церкви есть волки, переодетые в овец. Разве не предупреждал нас об этом Сам Христос? Но вернейшей защита от заблуждения и ереси остается наша сверхъестественная и каноническая связь с Преемником Петра. «Если некоторые пастыри или предводители нечестивы, не отвергайте Церкви: она та самая, которую основал Христос, и Он никогда не допустит ее погибели. Сам Христос желает, чтобы мы оставались в единстве, и чтобы даже когда мы ранены соблазнами злых пастырей, мы не покидали Церковь», — говорит святой Августин.

В завершение я хотел бы напомнить о страдании Христа в Гефсиманском саду и Его крике жажды на Кресте. Как можно оставаться нечувствительным к мучительной молитве Иисуса: «Отче, да будут едино, как Мы едино» (Ин. 17:22)? Как можно не быть тронутым этим криком Иисуса, Который желает нашего единства, и всё так же разрывать Его Тело под предлогом спасения душ? Не Он ли — Иисус — спасает? Разве души спасаем мы и наши структуры? Не через наше ли единство уверует мир и будет спасен? Это единство есть прежде всего единство католической веры; это также единство любви; и наконец, это единство послушания.

Я хотел бы напомнить, что святой Пий из Пьетрельчины был в свое время несправедливо осужден людьми Церкви. В течение двенадцати лет ему было запрещено слушать исповеди. Хотя Бог дал ему особую благодать помогать душам грешников, ему было запрещено слушать исповеди! Что он сделал? Разве он не послушался во имя спасения душ? Разве он взбунтовался во имя верности Богу? Нет — он хранил молчание. Он принял распинающее послушание, уверенный, что его смирение принесет больше плода, чем бунт. Он писал: «Благой Бог дал мне понять, что послушание — единственное, что угождает Ему, и для меня единственное средство надеяться на спасение и воспевать победу».

Таким образом, мы тоже можем утверждать, что лучший способ защищать веру, Традицию и подлинную литургию будет всегда — следовать за послушным Христом. Христос никогда не повелит нам разорвать единство Церкви. Как говорит святой Иоанн Златоуст: «Единство Церкви, хранимое Святым Духом, драгоценнее всех богатств этого мира».

Оригинальный текст на английском языке: Diane Montagna’s Substack. EXCLUSIVE: Full English Text of Cardinal Robert Sarah’s Appeal for Unity

Братское обращение к Папе Льву XIV с призывом навести мосты со Священническим братством святого Пия X

Нынешняя ситуация, связанная с епископскими хиротониями в Священническом братстве св. Пия X (FSSPX), внезапно всколыхнула всю Церковь. В чрезвычайно короткий срок после объявления 2 февраля о том, что FSSPX намерено провести эти хиротонии, в широких кругах католического мира развернулась напряженная и зачастую эмоционально заряженная дискуссия. Спектр голосов в этих спорах простирается от понимания, доброжелательности, нейтрального наблюдения и здравого смысла до иррационального неприятия, безапелляционного осуждения и даже открытой ненависти. Хотя есть основания надеяться, — и нельзя сказать, что это нереалистично, — что на самом деле Папа Лев XIV может одобрить эти епископские хиротонии, уже сейчас в интернете предлагают текст буллы об отлучении FSSPX от Церкви.

Негативные реакции, хоть зачастую и исходящие из благих побуждений, показывают, что суть проблемы еще не осознана с достаточной честностью и ясностью. Налицо тенденция оставаться на поверхности. Приоритеты церковной жизни переворачиваются с ног на голову: каноническое и правовое измерение — то есть некий юридический позитивизм — возводится в ранг высшего критерия. Более того, порою не хватает исторического понимания церковной практики в отношении епископских рукоположений. Таким образом, непослушание слишком поспешно отождествляется с расколом. Критерии епископского общения с Папой и, следовательно, понимание того, что действительно составляет раскол, рассматриваются чрезмерно односторонне по сравнению с практикой и самосознанием Церкви в святоотеческую эпоху — эпоху Отцов Церкви.

В этой дискуссии устанавливаются новые квази-догматы, которых не существует в Depositum fidei. Эти квази-догматы утверждают, будто согласие Папы на епископскую хиротонию относится к божественному праву, и что хиротония, совершённая без такого согласия или даже вопреки папскому запрету, сама по себе составляет раскольнический акт. Однако практика и понимание Церкви времен Отцов и в течение еще долгого периода свидетельствуют против такого взгляда. Более того, нет единого мнения по этому вопросу и среди признанных богословов двухтысячелетней традиции Церкви. Столетия церковной практики, равно как и традиционное каноническое право, также противоречат подобным абсолютизирующим утверждениям. Согласно Кодексу Канонического Права 1917 года епископская хиротония, совершённая против воли Папы, каралась не отлучением, а лишь запрещением в священнослужении. Тем самым Церковь ясно показывала, что не считает такой акт раскольническим.

Принятие папского примата как истины Откровения часто смешивается с конкретными формами — формами, сложившимися на протяжении истории, — посредством которых епископ выражает свое иерархическое единство с Папой. Верить в папский примат, признавать действующего Папу, придерживаться вместе с ним всего, чему Церковь учила безошибочно и окончательно, и соблюдать действительность сакраментальной литургии — всё это относится к божественному праву. Однако редуцирующий взгляд, отождествляющий непослушание папскому распоряжению с расколом — даже в случае епископской хиротонии, совершённой против его воли, — был чужд Отцам Церкви и традиционному каноническому праву. Например, в 357 году св. Афанасий не подчинился приказу Папы Либерия, который повелел ему войти в иерархическое общение с подавляющим большинством епископата, который на самом деле был арианским или полуарианским. В результате он был отлучен от Церкви. В данном случае св. Афанасий был непослушен из любви к Церкви и ради чести Апостольского престола, стремясь именно оградить чистоту вероучения от какой-либо тени двусмысленности.

В первом тысячелетии жизни Церкви епископские хиротонии обычно совершались без формального папского разрешения, и кандидаты не обязаны были получать одобрение Папы. Первое каноническое установление о епископских хиротониях, изданное Вселенским Собором, было принято в Никее в 325 году и требовало, чтобы новый епископ рукополагался с согласия большинства епископов соответствующей провинции. Незадолго до своей смерти, в период вероучительных смут, св. Афанасий лично избрал и рукоположил своего преемника — св. Петра Александрийского, — чтобы гарантировать, что епископскую кафедру не займет неподходящий или слабый кандидат. Подобным образом, в 1977 году Слуга Божий кардинал Иосиф Слипый тайно рукоположил в Риме трех епископов без одобрения Папы Павла VI, прекрасно понимая, что из-за тогдашней ватиканской «Ostpolitik» Папа этого не разрешит. Однако когда Рим узнал об этих тайных хиротониях, наказание в виде отлучения применено не было.

Во избежание недопонимания следует уточнить: при обычных обстоятельствах — и когда нет ни вероучительных смут, ни поры исключительных гонений, — необходимо, разумеется, делать всё возможное для соблюдения канонических норм Церкви и для послушания Папе в его справедливых распоряжениях, дабы сохранять церковное единство как более действенно, так и зримо.

Но сегодняшнюю ситуацию в жизни Церкви можно проиллюстрировать следующей притчей. В большом доме вспыхивает пожар. Начальник пожарной команды разрешает использовать только новое противопожарное оборудование, хотя оно показало себя менее эффективным, чем старые, проверенные инструменты. Группа пожарных нарушает этот приказ и продолжает использовать испытанное временем оборудование — и действительно, во многих местах огонь удается сдержать. Однако этих пожарных называют непослушными и раскольниками, и их наказывают.

Продолжим развивать эту метафору: начальник пожарной команды допускает к работе только тех пожарных, которые признают новое оборудование, следуют новым правилам пожаротушения и соблюдают новый устав пожарной части. Но учитывая очевидный масштаб пожара, отчаянную борьбу с ним и недостаточность состава официальной пожарной команды, другие помощники — несмотря на запрет начальника — самоотверженно вмешиваются в происходящее, проявляя умение, знание дела и добрые намерения и в конечном итоге содействуя успеху усилий самого начальника пожарной команды.

Когда мы сталкиваемся со столь негибким и непонятным поведением, напрашиваются два возможных объяснения: либо начальник пожарной команды отрицает серьезность пожара, как во французской комедии «Все хорошо, прекрасная маркиза!»; либо, на самом деле, начальник пожарной команды желает, чтобы значительные части дома сгорели, дабы впоследствии его можно было перестроить по новому проекту.

Нынешний кризис вокруг объявленных — но пока не одобренных — епископских хиротоний в FSSPX обнажает перед глазами всей Церкви рану, которая тлеет уже более шестидесяти лет. Эту рану можно образно описать как церковный рак — а именно, церковный рак вероучительных и литургических двусмысленностей.

Недавно в блоге Rorate Caeli появилась превосходная статья, написанная с редкой богословской ясностью и интеллектуальной честностью, под заглавием: «Долгая тень Второго Ватиканского Собора: двусмысленность как церковный рак» (Canon of Shaftesbury: Rorate Caeli, 10 февраля 2026 г.). Фундаментальная проблема некоторых двусмысленных высказываний Второго Ватиканского Собора заключается в том, что вероучительной точности Собор предпочел пастырский тон. Можно согласиться с автором, когда он говорит:

«Проблема не в том, чтобы Второй Ватиканский Собор был еретическим. Проблема в том, что он был двусмысленным. И в этой двусмысленности мы видим семена смущения, которые расцвели и стали одними из самых тревожных богословских явлений современной церковной истории. Когда Церковь говорит расплывчато, даже если это делается непреднамеренно, на кону оказываются души».

Автор продолжает:

«Когда вероучительное „развитие“ представляется противоречащим тому, что было прежде, или когда требуются десятилетия богословской акробатики, чтобы согласовать его с предшествующим учением Магистериума, мы должны спросить: развитие ли это — или это разрыв, замаскированный под развитие?» (Canon of Shaftesbury: Rorate Caeli, 10 февраля 2026 г.).

Можно обоснованно предположить, что FSSPX не желает ничего большего, нежели помочь Церкви выйти из этой двусмысленности в вероучении и литургии и вновь обрести свою спасительную вечную ясность — точно так же, как Магистериум Церкви под руководством Пап делал это со всей ясностью на протяжении всей истории после каждого кризиса, отмеченного вероучительными смутами и двусмысленностью.

По сути, Святой Престол должен быть благодарен FSSPX, потому что в настоящее время это почти что единственная крупная церковная реалия, которая прямо и публично указывает на существование двусмысленных и вводящих в заблуждение элементов в некоторых высказываниях Собора и в Novus Ordo Missae. В этом начинании FSSPX руководствуется искренней любовью к Церкви: если бы они не любили Церковь, Папу и души, они не предприняли бы этой работы и не вступали бы в диалог с римскими властями — и им бы, несомненно, жилось куда легче.

Следующие слова архиепископа Марселя Лефевра глубоко трогательны и отражают позицию нынешнего руководства и большинства членов FSSPX:

«Мы верим в Петра, мы верим в преемника Петра! Но, как справедливо говорит Папа Пий IX в своей догматической конституции, Папа принял Святого Духа не для того, чтобы создавать новые истины, а чтобы сохранять нас в вере всех времен. Таково определение Папы, данное во время Первого Ватиканского Собора Папой Пием IX. И вот почему мы убеждены, что, сохраняя эти традиции, мы проявляем свою любовь, свою покорность, свое послушание Преемнику Петра. Мы не можем оставаться равнодушными перед упадком веры, нравственности и литургии. Об этом не может быть и речи! Мы не хотим отделяться от Церкви; напротив, мы хотим, чтобы Церковь продолжала существовать!»

Если кто-то считает трудности с Папой одним из величайших своих духовных страданий, это само по себе является красноречивым доказательством отсутствия раскольнических намерений. Истинные раскольники даже хвалятся своим отделением от Апостольского Престола. Истинные раскольники никогда не стали бы смиренно умолять Папу признать их епископов.

Насколько же поистине католическими являются следующие слова архиепископа Марселя Лефевра:

«Мы бесконечно сожалеем, для нас это огромная боль — думать, что из-за нашей веры у нас трудности с Римом! Как это возможно? Это нечто такое, что превосходит воображение, что мы никогда не смогли бы представить, во что мы никогда не смогли бы поверить, особенно в детстве — тогда, когда все было единообразным, когда вся Церковь верила в свое всеобщее единство и придерживалась одной и той же веры, одних и тех же таинств, одного и то же жертвоприношения Мессы, одного и того же катехизиса».

Мы должны честно рассмотреть очевидные двусмысленности, касающиеся религиозной свободы, экуменизма и коллегиальности, а также вероучительные неточности Novus Ordo Missae. В этой связи стоит прочесть недавно опубликованную книгу архимандрита Бонифация Лёйкса, peritus Собора и известного литургиста, под красноречивым заглавием «A Wider View of Vatican II. Memories and Analysis of a Council Consultor» («Более широкий взгляд на Второй Ватиканский Собор. Воспоминания и анализ консультанта Собора»).

Как когда-то сказал Г. К. Честертон, «Входя в храм, снимают шляпу, а не голову». Было бы трагедией, если бы FSSPX оказалось полностью отсечено, и ответственность за такое разделение легла бы прежде всего на Святой Престол. Святой Престол должен принять FSSPX, предложив хотя бы минимальную степень церковной интеграции, а затем продолжать вероучительный диалог. Святой Престол проявил замечательную щедрость по отношению к Коммунистической партии Китая, позволив ей выбирать кандидатов в епископы, — однако собственные чада, тысячи и тысячи верующих FSSPX, рассматриваются как граждане второго сорта.

Следует позволить FSSPX внести свой богословский вклад с целью прояснения, дополнения и, если необходимо, исправления тех высказываний в текстах Второго Ватиканского Собора, которые вызывают вероучительные сомнения и трудности. При этом необходимо учитывать, что в этих текстах Магистериум Церкви не намеревался дать догматические определения, наделенные признаком безошибочности (ср. Павел VI, общая аудиенция, 12 января 1966 г.).

FSSPX произносит в точности то же самое исповедание веры, что произносили Отцы Второго Ватиканского Собора, известное как Тридентско-Ватиканское Professio fidei. Если, согласно ясным словам Папы Павла VI, Второй Ватиканский Собор не представил никаких окончательных вероучений и не намеревался этого делать, и если вера Церкви остается той же до, во время и после Собора, почему исповедание веры, которое было действительным в Церкви до 1967 г., внезапно перестало считаться действительным в качестве признака истинно католической веры?

Однако Святой Престол считает Тридентско-Ватиканское Professio fidei недостаточным для FSSPX. Разве Тридентско-Ватиканское Professio fidei не составляло бы фактически «необходимый минимум» для церковного общения? Если это не минимум, тогда что, честно говоря, можно было бы считать «минимумом»? От FSSPX требуют в качестве conditio sine qua non произнести Professio fidei, в котором должны быть приняты учения пастырского, а не окончательного характера последнего Собора и последующего Магистериума. Если это и в самом деле так называемое «минимальное требование», тогда кардинал Виктор Фернандес, по-видимому, играет словами!

Папа Лев XIV сказал на экуменической вечерне 25 января 2026 г., по окончании Недели молитвы о единстве христиан, что между католиками и некатолическими христианами уже существует единство, потому что они разделяют необходимый минимум христианской веры: «Мы разделяем одну и ту же веру в единого и единственного Бога, Отца всех людей; мы вместе исповедуем единого Господа и истинного Сына Божия, Иисуса Христа, и единого Святого Духа, Который вдохновляет нас и побуждает к полному единству и общему свидетельству о Евангелии» (Апостольское послание «In unitate fidei», 23 ноября 2025 г., 12). Он далее заявил: «Мы едины! Мы уже едины! Давайте признаем это, переживем это и сделаем это зримым!»

Как это утверждение можно согласовать с заявлением представителей Святого Престола и некоторых высокопоставленных клириков о том, что FSSPX не находится в вероучительном единстве с Церковью, учитывая, что FSSPX исповедует Professio fidei Отцов Второго Ватиканского Собора — Тридентско-Ватиканское Professio fidei?

Дальнейшие временные пастырские меры, предоставленные FSSPX ради духовного блага столь многих образцовых католических верующих, стали бы глубоким свидетельством пастырской любви Преемника Петра. Поступив так, Папа Лев XIV открыл бы свое отеческое сердце тем католикам, которые неким образом живут на церковной периферии, позволив им почувствовать, что Апостольский Престол поистине является Матерью и для FSSPX.

Слова Папы Бенедикта XVI должны пробудить совесть тех в Ватикане, кто будет принимать решение о разрешении епископских хиротоний для FSSPX. Он напоминает нам:

«Когда оглядываешься в прошлое, на разделения, раздиравшие в ходе веков Тело Христово, создается впечатление, что всякий раз в критические моменты возникновения схизм иерархи Церкви прилагали недостаточно усилий для сохранения и восстановления мира и единства. По-видимому, именно упущения, допущенные в Церкви, сыграли роль в укреплении разделений. Взгляд в прошлое налагает на нас обязательство в настоящем: прилагать всяческие усилия, для того, чтобы все, кто в самом деле желает единства, могли сохранить либо восстановить его» (Послание епископам в связи с обнародованием Апостольского послания в форме motu proprio об использовании чина Римской Литургии, предшествовавшего реформе 1970 г., 7 июля 2007 г.).

«Можем ли мы оставаться совершенно равнодушными к сообществу, насчитывающему 491 священника, 215 семинаристов, 6 семинарий, 88 школ, 2 института университетского уровня, 117 монахов, 164 монахини и тысячи верных мирян? Должны ли мы легкомысленно позволить им дрейфовать все дальше от Церкви? (…) И не должна ли великая Церковь позволить себе быть щедрой, зная свою безбрежную широту, зная обетование, ей данное?» (Послание епископам Католической Церкви в связи со снятием отлучения с четырех епископов, посвященных архиепископом Лефевром, 10 марта 2009 г.). 

Временные и минимальные пастырские меры в отношении FSSPX, предпринятые ради духовного блага тысяч и тысяч его верующих по всему миру — включая папский мандат на епископские хиротонии, — создали бы условия, необходимые для спокойного прояснения недоразумений, вопросов и сомнений вероучительного характера, возникающих из некоторых высказываний в документах Второго Ватиканского Собора и последующего папского Магистериума. В то же время такие меры предоставили бы FSSPX возможность внести свой конструктивный вклад на благо всей Церкви, сохраняя при этом ясное различие между тем, что принадлежит к богооткровенной вере и вероучению, окончательно предложенному Магистериумом, и тем, что имеет преимущественно пастырский характер в конкретных исторических обстоятельствах и потому открыто для тщательного богословского изучения, как это всегда практиковалось на протяжении всей жизни Церкви.

С искренней заботой о единстве Церкви и духовном благе столь многих душ я обращаюсь с почтительной и братской любовью к нашему Святому Отцу Папе Льву XIV:

Святейший Отче, предоставьте апостольский мандат на епископские хиротонии FSSPX. Вы также отец своих многочисленных сыновей и дочерей — двух поколений верующих, которые на сей день окормляются FSSPX, которые любят Папу и которые желают быть истинными сынами и дочерьми Римской Церкви. Поэтому отстранитесь от пристрастности иных и с великим отеческим и поистине августиновским духом покажите, что Вы наводите мосты, как пред всем миром обещали делать, когда преподавали свое первое благословение после избрания. Не вой­дите в историю Церкви как тот, кто не смог построить этот мост — мост, который можно было бы возвести в этот поистине провиденциальный момент при наличии щедрой воли, — и кто вместо этого допустил поистине ненужное и болезненное дальнейшее разделение внутри Церкви, в то время как одновременно происходили синодальные процессы, хвалящиеся максимально возможной пастырской широтой и церковной инклюзивностью. Как Вы, Ваше Святейшество, недавно подчеркнули: «Давайте обязуемся далее развивать экуменические синодальные практики и делиться друг с другом тем, кто мы есть, что мы делаем и чему мы учим (ср. Франциск, За синодальную Церковь, 24 ноября 2024 г.)» (Проповедь Папы Льва XIV, экуменическая вечерня на Неделе молитвы о единстве христиан, 25 января 2026 г.).

Святейший Отче, если Вы предоставите апостольский мандат на епископские хиротонии FSSPX, Церковь в наши дни ничего не потеряет. Вы будете истинным строителем мостов, и более того, образцовым строителем мостов, ибо Вы — Верховный Понтифик, Summus Pontifex.

+ Афанасий Шнайдер, епископ-помощник архиепархии Пресвятой Девы Марии в Астане

24 февраля 2026 г.

Статистика FSSPX на 2026 г.: всего членов: 1482; епископов: 2; священников (не считая епископов): 733; семинаристов (включая еще не включенных в состав Братства): 264; монашествующих братьев: 145; облатов: 88; монашествующих сестер: 250; средний возраст членов: 47 лет; стран, где осуществляется служение: 77; дистриктов и автономных домов: 17; семинарий: 5; школ: 94 (из них 54 во Франции).

Оригинальный текст на английском языке: Diane Montagna’s Substack. EXCLUSIVE: Bishop Schneider Appeals to Pope Leo XIV to Build a Bridge between Rome and the SSPX