Поиск по этому блогу

пятница, 30 декабря 2016 г.

Что, и у этого есть святой покровитель?!

Многим католикам покажется странной, неподобающей, даже непочтительной мысль о том, что у похмелья может быть свой святой покровитель. Мы знаем на собственном опыте, что по молитвам святых можем исцеляться от тяжких болезней, получать защиту в путешествиях, находить потерянное и обретать множество других благословений. Но с чего бы кому-то из святых иметь дело с теми, накануне кто позволил себе лишку?

Вопрос справедливый. Но не забывайте, что святые в первую очередь полны сочувствия. Как святой Дисмас печется о ворах, святая Бибиана всегда готова облегчить нам мучения наутро после попойки. Только не думайте, что она сама была алкоголичкой. Святой покровительницей похмельного утра эту римскую мученицу IV века сделал каламбур на ее имя: латинское слово bibulus означает «любитель выпить».

Св. Бибиана. Статуя в посвященной ей церкви в Риме.

Святых, являющихся покровителями того или иного дела, не перечесть. Эта традиция возникла в раннем Средневековье, когда представители каждой гильдии и каждого ремесла хотели заполучить себе святого хранителя. В большинстве случаев связь очевидна. Святые Криспин и Криспиниан изготавливали обувь – вот и сделались покровителями сапожников. Святой Лука, по легенде, написал портрет Богородицы с Младенцем Христом – и стал покровителем художников. Бывает и наоборот. Взять, например, святого Себастьяна, мученика-красавца, которого изображают всего утыканного стрелами. Св. Себастьян – покровитель стрелков из лука, но не в качестве лучника, а в качестве мишени для стрельбы.

Почитание святых покровителей – идея всецело католическая, но свое происхождение она ведет из древнего Рима, где возникла задолго до Рождества Христова. У римских язычников покровитель (patronus, патрон) – мужчина или женщина – был богатой и влиятельной персоной, из чувства долга перед обществом заботившейся о группе менее удачливых лиц, называвшихся клиентами. Хорошим делом, совершавшимся к тому же в собственных интересах клиента считалось навещать каждое утро дом патрона и выражать ему свое почтение, преподнося, быть может, небольшой подарок. Если клиент нуждался в работе, или в избавлении от настойчивых кредиторов, или в услугах врача для кого-нибудь из своих родных, во время такого утреннего визита он представлял патрону свое прошение. Тот непременно должен был заняться решением проблемы.

Хотя в своих основах концепция святых покровителей укоренена в многовековой традиции, она всегда идет в ногу со временем. Св. Максимилиан Кольбе, польский священник, замученный в Освенциме, стал покровителем политзаключенных. В 1980 году Папа св. Иоанн Павел II официально провозгласил св. Франциска Ассизского покровителем движения в защиту окружающей среды. Покровителем мотоциклистов недавно стал св. Колумбан. По мнению байкеров, странствующий монах-ирландец имел с ними много общего – он тоже не мог устоять, когда звала дальняя дорога.

Или возьмем св. Иосифа из Копертино (1603-1663), священника-капуцина, на протяжении 17 лет не меньше 70 раз поднимавшегося в воздух на глазах у десятков надежных свидетелей и «летавшего» (или, по крайней мере, носимого какою-то невидимою силой). Астронавты, увидевшие сходство между полетами св. Иосифа и своими выходами в открытый космос, выбрали его своим покровителем.

В начале XVIII века встал вопрос о канонизации Иосифа, и дело поручили священнику по имени Проспер Ламбертини. Тот был одним из величайших в Церкви специалистов по святым, но довольно скептически относился к рассказам о сверхъестественных событиях. Однако даже он был вынужден признать, что свидетели, говорившие о полетах Иосифа, отличались «неоспоримой честностью». В 1753 году Проспер Ламбертини, ставший теперь Папой Бенедиктом XIV, объявил Иосифа из Копертино блаженным.

Левитация св. Иосифа из Копертино

Несчастливые семьи (в наши дни мы называем их «дисфункциональными») появились не вчера. В семье, породившей св. Евгения де Мазено (de Mazenod, 1782-1861) неладно было с самого начала. Отец Евгения, Шарль-Антуан де Мазено, принадлежал к числу французской аристократии, был человеком высокого рода и огромного интеллекта. Увы, по наследству он не получил ничего, кроме своего громкого титула; все состояние семейства де Мазено промотали отец и дед Шарля-Антуана. С другой стороны, его невеста, Мари-Роз Жоанни (Joannis), происходила из совершенно буржуазного и чрезвычайно богатого семейства. Когда Шарль-Антуан и Мари-Роз объявили о своей помолвке, родственники невесты настояли на том, чтобы обычное приданное оставалось записанным на ее имя и недоступным для Шарля-Антуана. Это было лишь первым в череде вмешательств клана Жоанни в жизнь супругов.

Желая обеспечить Мари-Роз безбедную жизнь, родители направили неиссякающий поток средств на банковский счет Мазено, но у их щедрости была своя цена. Мать Мари-Роз совала нос в любое решение, которое муж и жена пытались принять; эмоционально неуравновешенная тетка требовала постоянного внимания; прочие женщины из дома Жоанни при любой возможности унижали Шарля-Антуана напоминаниями о том, что он пришел в семью без гроша в кармане.

Еще хуже всё стало после французской Революции. Жизнь аристократов Мазено была в опасности, и в 1791 году они все, чтобы не попасть на гильотину, бежали в Венецию. Спустя четыре года Мари-Роз бросила мужа и сына, вернулась во Францию и подала на развод. Как только бумаги были оформлены, она с триумфом написала бывшему супругу: «Теперь у тебя ничего нет». Впоследствии ставший священником, а затем и епископом св. Евгений вернул к вере множество оступившихся католиков, но так и не смог помирить друг с другом собственных родителей.

В широкий круг интересов Папы Пия XII входило многое, но особенно захватывали его новейшие научные достижения. В 1950-х, когда появилось новое средство информации и развлечения – телевидение – Папа Пий был им настолько восхищен, что в 1958 г. назначил телевидению собственную святую покровительницу: ей он избрал св. Клару Ассизскую (ок. 1194-1253).

На первый взгляд трудно увидеть какую-либо связь между ТВ и монашкой-затворницей XIII века, ближайшей сотрудницей св. Франциска Ассизского; но Папа знал что делает. Он вспомнил эпизод из жизни св. Клары, который, можно сказать, предвосхищал собою телевидение. Свидетельницы на процессе канонизации Клары показали, что однажды в рождественский сочельник та была так больна, что не могла подняться из постели и прийти к полуночной Мессе. Когда остальные монахини ушли, Клара вздохнула и сказала: «Вот, Господи, меня оставили тут наедине с Тобой». В этот момент Бог даровал Кларе виде́ние: она узрела и услышала Мессу так же ясно, как если бы сама находилась в монастырской часовне. Папа Пий истолковал это явление как своего рода чудесную прямую трансляцию и нарек св. Клару покровительницей телевидения.

Но св. Клара – не единственная небесная заступница высоких технологий. С 1999 года св. Исидор Севильский (ок. 560-636) почитается как покровитель Интернета. Началось всё с того, что несколько католиков, занятых в веб-индустрии, выдвинули идею попросить Иоанна Павла II назначить им собственного святого. Или точнее было бы сказать, что они хотели, чтобы Святой Отец подтвердил покровителя, которого они себе уже выбрали – а это и был св. Исидор. Идея объявить покровителем технологии XX столетия епископа, жившего в VI веке, многим католикам показалась страной, но у вебмастеров были на то свои причины. На протяжении своей жизни св. Исидор составил двадцатитомную энциклопедию всего существовавшего тогда знания. Вебмастера-католики сочли этот гигантский труд первой на свете базой данных.

Желание иметь небесных покровителей не иссякает. Фокусники и циркачи раз за разом шлют в Ватикан прошения официально утвердить в качестве их покровителя св. Иоанна Боско, который в детстве был искусным жонглером и акробатом. Вегетарианцы почитают св. Николая Толентинского – тот никогда не ел мяса. Больные астмой хотели бы, чтобы Папа назвал их покровительницей св. Бернадетту из Лурда, которая сама страдала от этой болезни. Что может быть естественней? Ведь кто из нас не хотел бы обзавестись другом в высших сферах?

Томас Дж. Кровелл
Первая публикация (на англ. яз.): журнал «Crisis», 30 декабря 2016 г.

Комментариев нет: