Поиск по этому блогу

вторник, 5 августа 2014 г.

Путешествие в Хольмгард

Одно дело – выбираться в паломничество самостоятельно, все зависит только от тебя. Совсем другое – быть организатором. Звать людей в дорогу, знать, что только от тебя зависит, будет вообще паломничество или нет.

Безумное, невозможное дело мы затеяли. Во-первых, паломничество в полном смысле слова, то есть пешее. Это в Европах и Америках (в обеих, Северной и Южной), в Украине и Беларуси люди привыкли ходить пешком, до наших пенатов такая мода с трудом добирается. Во-вторых, паломничество католическое. В-третьих – с традиционной (старой) Мессой напополам с греко-католической службой. Все вместе дает сочетание странное, непривычное, а значит, и результат сомнительный.

И всё-таки мы существуем! Не иначе, как по милосердию Божьему, подвигающему людей отправляться в странствие. В самом деле, нигде так отчетливо не видна Божья помощь, как в делах, с рациональной точки зрения безнадежных.

В прошлом году у меня было ощущение корабля, на котором мы плыли, едва касаясь окружающей действительности. В этом году стало ощущаться, что мы врастаем в эту землю. Это изменение чувствуется в реакциях людей: они стали больше задавать вопросов, кто мы такие и что делаем. Несколько прекрасных эпизодов, показывающих, что что-то начало меняться. Женщина, приехавшая в жаркий день на карьерное озеро, попросила помолиться за нее. Другая женщина вышла на дорогу и молилась Богу.

Замечательная встреча: у обочины притормаживают две черные, большие машины, в которых любят разъезжать бандиты и чиновники. Из одной из машин выходит женщина, подходит к паломникам, кланяется и говорит, что мы освящаем эту землю и благодарит. Большие мужчины стоят у машин. Женщина с охраной уехала, а мы остались в некотором недоумении – кто это был?

Самый примечательный эпизод – зоопарк. В буквальном смысле слова. Мы искали другое место для третьей стоянки – прошлогоднее место находилось в высохшем болоте, это и в прошлом году было неудобно, а в этом там развелись полчища слепней. Неподалеку мы высмотрели какие-то домики с большим зеленым двором со стриженой травой. Это оказался частный зоопарк. Хозяин зоопарка, к нашему немалому изумлению, не только разрешил поставить палатки на его земле, но и предложил переночевать в недостроенных комнатах, что мы и сделали. И не взял никаких денег. Пригласил даже зайти и в следующем году. Его не смутило даже, что мы католики. Будем молиться за его здоровье и процветание его цементного бизнеса, зоопарк пока ему большого дохода не приносит.

Думаю, один из самых главных результатов нашего паломничества – то, что окружающие люди вспоминают о Христе. Крестятся, видя распятие и хоругви. Хотя бы задают вопросы, кто мы и что делаем. В одной из администраций, где мы по необходимости согласовываем наше паломничество (более одного человека с религиозной символикой по закону о митингах и шествиях должны свои действия согласовывать с местными властями), был задан вопрос: какова цель нашего мероприятия? Ответить внятно не так-то просто.

В древности люди пускались в путь, чтобы достигнуть святых мест. Заодно они разнообразили свою жизнь, довольно бедную информацией, и совершали покаяние. Пути в те времена были куда более сложными и опасными, чем сейчас. То, что называется инфраструктурой – гостиницы, паломнические церкви, рыцарские ордена, охраняющие паломников – возникло позже, чем сами паломнические маршруты. Сейчас до любой точки мира можно добраться без особых проблем, и не нужно всю жизнь копить, чтобы посетить Святую Землю или Рим. Так в чем смысл?

В самом пути. В тех усилиях, которые предпринимает человек, чтобы преодолеть трудности. Предпринимает не ради собственной гордости – для этого есть спорт. А ради Господа и спасения души. Так уж устроен человек, что мало ценит легко доступное и привычное, а больше – то, что достается с трудом. Цель паломничество – обретение Бога, ни больше, ни меньше. Того Самого Бога, Который с нами в каждое мгновение, Чью Кровь и Плоть мы вкушаем на каждой мессе. Это парадокс – но и правда, мы идем на поиски Того, Кто с нами всегда.

Я не очень люблю модные нынче «поиски себя». Вернее, не очень разделяю направленность вовнутрь. По моему глубокому убеждению, сознание человека существует на границе внешнего и внутреннего, и без обращенности вовне теряет ориентиры, уходя в бесчисленные лабиринты психических причин и следствий. Потому не формулирую цель паломничества как «поиски себя» - мы ищем Бога, а все остальное приложиться, как сказано в Писании. Есть чудный мультфильм еще советского периода как раз на этот счет. Называется «Одуванчик», про мальчика, который отправился в путь в поисках смысла жизни. Но при этом он проходил мимо вещей, на которые, как он считал, нужно тратить себя: мимо просящих помощи людей, мимо любви… И в конце концов он состарился, оставшись ни с чем. Не потратив себя ради других, себя не обретешь.

Я согласна с тем, что нужно говорить с людьми в деревнях, проситься на постой. Это увеличит привлекательность маршрута для паломников. Но мне кажется, что нельзя забывать о том, что мы идем не ради красот природы (за этим можно поехать в соседнюю Карелию), не ради комфортного отдыха, даже не ради великих мировых святынь – а ради Христа и святых Его. Это подвиг и покаяние. Подвиг – потому, что сложно, потому, что приходиться терпеть и преодолевать. И в то же время это подвиг, доступный многим, в отличие, скажем, от экспедиции на Эверест. 25 км в день – средняя скорость движения по пути Сантьяго-де-Компостела, например, по которому идут ежегодно тысячи людей.

Открытие этого года – не только чудесные местные люди, но и священники. Отец Паоло уехал в Рим на орденские реколлекции, потому служить Мессу мы позвали двух священников из Беларуси, двух отцов Виталиев – Сапегу и Мышону. Отец Сапега, между прочим, из рода тех самых Сапегов, которые участвовали в смуте XVI века. Помните знаменитого полководца и авантюриста Яна Сапегу? Отец Сапега был с нами в пятницу, а отец Мышона служил на окончание паломничества.

Еще с нами был греко-католический священник с Украины, отец Василь, и питерский греко-католический священник отец Кирилл, который неизменно сопровождает наше паломничество и является по сути его соорагнизатором. Все священники разные, и каждый по-своему замечательный. Отец Василь – мягкий, уютный, домашний. Даже животные проникались к нему симпатией – в зоопарке то верблюдица подходила, то внезапно окружали овцы и козы, так что отец Василь не знал, куда деваться от всей этой живности. Отец Сапега – бритый, в камуфляжных штанах под белой доминиканской рясой, полностью соответствовал образу походного священника, каких много в том же Шартре. Очень надеемся, но в следующем году он тоже сможет приехать, больше, чем на один день. Отец Мышона ехал из Беларуси на машине, с водителем, племянником и органистом, которого по этому случаю занял в соседнем приходе. Они были в России вообще в первый раз. Служба отца Виталия Мышоны производит впечатление очень торжественное, его манера служить вызывает какие-то военные ассоциации – настолько четко и быстро он все делает.

Особенно заставила лично меня задуматься проповедь отца Мышоны. Там было две главные идеи. Первая – не нужно катятся в чужих грехах, когда достаточно своих. Почему-то сейчас принято самоообвиняться в насильственном крещении язычников, крестовых походах, инквизиции и притеснении Галилея. При этом как-то умалчивать о том, что христиан убивают в странах Ближнего Востока и Африки, а в цивилизованных странах разрушают храмы и запрещают религиозную символику в школах.

Вторая мысль – что язычники не агнцы, и для самого существования веры приходилось браться за оружие. Думаю, что и древних, и современных примеров не счесть, достаточно заглянуть в исторические или современные хроники.

Все вместе, все эпизоды и то, что не опишешь, но то, что происходит – этот путь шаг за шагом, изменили нас. Надеюсь, к лучшему. И надеемся на продолжение пути – на следующий год. Приходите – вас ждут, вам рады, и поверьте, что затраченные усилия того стоят!

Ольга Белоконь

Комментариев нет: